Ростовский кремль

Дата публикации или обновления 01.05.2016
  • К оглавлению: Музей-заповедник Ростовский Кремль
  • Ростовский кремль.
    Архитектура Ростовского кремля.

    Ростов Великий достигает наивысшего могущества незадолго до татаро-монгольского нашествия — в начале XIII века, а затем быстро и незаметно сходит с политической арены, превратившись в небольшой уездный город Ярославской губернии.

    Центром архиепископии, а затем и митрополии он оставался с XI до конца XVIII века. Поэтому с древнейших времен город застраивался сооружениями, которые соответствовали бы его положению духовного центра обширного христианского края. Так, еще в XI веке здесь был основан первый в Ростовской земле монастырь — Авраамиев монастырь, который сохранился до наших дней. Большое строительство в Ростове велось и в середине XII века при Владимирском князе Андрее Боголюбском и в начале XIII века — при Константине, сыне великого князя Всеволода Большое Гнездо.

    Татаро-монгольское нашествие почти на 200 лет приостановило, как, впрочем, и на всей территории Руси, монументальное строительство в Ростове. Но, начиная с XV века, оно возобновляется. В середине XVI века — в период расцвета международной торговли России через Белое море, в которой участвовал и Ростов, — здесь ведется большое каменное строительство. Об искусстве ростовских зодчих было известно далеко за пределами Ростовской земли. Их приглашали строить в Москве, Кирилло-Белозерском монастыре и других местах.

    Но самые грандиозные сооружения возводятся во второй половине XVII века. Это Архиерейский дом, строившийся, начиная с 1660-х годов, более 30 лет. В XIX веке он стал именоваться одним коротким звучным словом «кремль».

    Возведение его было начато после возвращения в 1664 году митрополита Ростовского Ионы Сысоевича из Москвы, где он два года занимал пост Местоблюстителя Патриаршего престола. Иона, вслед за патриархом Никоном, считал такие строения средством утверждения могущества Церкви и митрополичьей власти. Поэтому в Ростове началось бурное строительство. Новые сооружения, преимущественно храмы, возникли в ростовских Авраамиевском монастыре, Спасо-Яковлевском монастыре, Белогостицком, Борисоглебском и угличском Воскресенском монастыре.

    Ростовский кремль строился мастерами, имен которых история не сохранила, — до нас не дошли документы 1660— 1680 годов. Но зато известны имена многих опытных каменщиков и плотников, возглавлявших артели мастеров из 15— 20 человек в начале 90-х годов XVII столетия. Они выполняли очень ответственные заказы в монастырях города и, без сомнения, принимали участие в возведении сооружений кремля. И мы просто обязаны вспомнить добрым словом каменщиков Гаврилу Севостьянова, Степана Леонтьева, Гаврилу Харитонова, Степана Горбунова, плотников Льва Павлова, Василия Комова, Михаила Поникарова и других умельцев, чьим трудом люди любуются вот уже на протяжении трехсот лет. Кремль — широко известный архитектурный памятник, символ таланта русского народа. Над всем Ростовом возвышается могучая компактная группа сооружений: причудливые силуэты островерхих башен, дымников, церквей манят к себе своей красотой и загадочностью.

    Ансамбль расположен на небольшой возвышенности невдалеке от озера Неро. Эта площадь по традиции была местом строительства двора епископа с прилегающими к нему постройками. На протяжении нескольких столетий, начиная с XI века, деревянные строения периодически сменяли здесь Друг друга, пока наконец в XVI веке не было построено несколько каменных сооружений, часть которых дошла до наших дней. И среди них — величественное здание Успенского собора, самого выдающегося памятника Ростовского кремля.

    Выйдем на соборную площадь — древнейшее ядро города Ростова. Над ней не один раз гудел вечевой колокол, призывавший ростовцев к борьбе с завоевателями. На этой же площади на заре христианизации Северо-Восточной Руси был построен первый в ростовском крае храм. Тот, который стоит сейчас перед нами — пятый по счету на этом месте.

    Сведения о строительстве каменного собора в Ростове противоречивы. Как уже отмечалось выше, по свидетельству Киево-Печерского патерика, первый собор в Ростове построил еще в конце XI века Владимир Мономах. Особенности плана и невероятное сходство размеров существующего собора с киевским (при ширине более чем в 20 метров разница составляет всего лишь 11 сантиметров) дали основание предположить, что он стоит на основании Мономахова собора. В 1954 году известный исследователь зодчества Северо-Восточной Руси профессор Н.Н. Воронин проводил в Успенском соборе раскопки, но никаких остатков собора Владимира Мономаха не было найдено. Если он и существовал, то либо, как предположил Н.Н. Воронин, стоял на другом месте, либо же это является легендой.

    Русские же летописи отмечают, что в Ростове в 1160 году сгорела Успенская соборная церковь, построенная «от древес дубовых» еще в 991 году — через три года после принятия Русью христианства. Сооружение это было, видимо, настолько красивое, что летописец восклицает: «и бе (была) чюдна и зело преудивлена, такова убо не бывало и потом не вем, будет ли».

    Летописные данные убедительно подтверждают археологические находки. В 1992 году А.Е. Леонтьев проводил раскопки у северной стены собора. В раскопе, на глубине 3,7 м от современной поверхности были найдены и следы пожара, и обгоревшие деревянные детали кровли, и несколько дубовых плах, а также кованые гвозди.

    На месте сгоревшего храма зодчие Андрея Боголюбского в 1161—1162 годах ставят новый, белокаменный. Это было первое монументальное сооружение Ростова, и строилось оно теми же мастерами, что возводили Успенский собор во Владимире и дворцовый комплекс князя Андрея в Боголюбове.

    Простояв всего 42 года, здание рухнуло во время большого пожара 1204 года, поэтому о внешнем облике его нам ничего не известно. Но, возможно, уже в нем нашли свое начало те пропорции, формы и декор, которые затем достигли высокого совершенства в зодчестве города Владимира. Обнаруженные при раскопках фрагменты белокаменной резьбы подтверждают это предположение.

    Восстановление разрушенного собора началось в 1213 году при князе Константине. Строительство его было долгим и нелегким. Закончилось оно только в 1231 году уже при сыне его, князе Василько.

    Новое сооружение — одноглавое, с золоченым шлемом, в плане повторяло храм Андрея Боголюбского, но несколько расширялось к западу; кровля его была крыта оловом, а пол устлан цветными майоликовыми плитками — «моромором красным». О тогдашнем декоративном убранстве его до недавнего времени судить было невозможно, предполагалось только, что при возведении храма образцом для ростовских зодчих служила архитектура города Владимира, великолепие которой должно было по замыслу строителей поражать воображение людей XIII века.

    Второй белокаменный собор начала XIII века не сохранился. Простояв около двухсот лет, он в сильный пожар 1408 года обрушился. В тот год 21 июня большой силы буря прошла над Ростовом. Одновременно возник пожар, в результате которого погибло много церквей, княжеский и боярские дворы. Сгорел и Успенский собор. Кровля его расплавилась, а своды и стены обрушились: «комары великие подоша и лоб позлащенный паде вниз... такова пожара велика в Ростове, — отмечает летописец, — не бывало за двести лет».

    В 1411 году ростовский архиепископ Григорий восстанавливает сооружение вновь. Кровля и главы соборной Церкви были покрыты свинцом, а пол в интерьере выстлан белыми плитами. «Яко невесту украси ю (ее)» Григорий иконами и драгоценной церковной утварью. Но и этот, уже четвертый по счету собор не дошел до наших дней. Что с ним случилось и когда возник ныне существующий, источники умалчивают. Не одно поколение ученых пыталось разрешить эту загадку, но никаких документов так никому найти и не удалось. Судя по архитектурным формам он не мог быть построен в XV веке. Его облик сродни двум сооружениям второй половины XVI века: Успенскому собору в Троице-Сергиевой лавре и Софийскому — в Вологде. Так и Н.Н. Воронин предположил, что ростовский собор был построен во второй половине XVI столетия, после того, как в 1587 году город стал центром митрополии.

    Однако изыскания последних лет несколько изменили представление о древности этого храма. На основании сопоставления его стилистических особенностей с другими, более древними соборами некоторые исследователи предполагают, что Ростовский собор был построен в начале XVI века. Эта датировка, видимо, близка к истине, хотя ее надо принимать с некоторыми оговорками, поскольку письменного, документального подтверждения не найдено. Не разрешают этот вопрос и археологические материалы, хотя они подтвердили существование всех предыдущих соборов.

    В конце XIX столетия в южной апсиде собора был обнаружен придел Леонтия. Когда-то его засыпали землей, на поверхности оставались только начала двух белокаменных узких лестниц, ведущих под землю: из центральной апсиды — с севера и из основного помещения — с запада. В 1884 году землю из придела удалили, и оказалось, что он расположен на несколько метров ниже пола всего храма. В южной стене открыли аркосолий с белокаменной гробницей епископа Леонтия. Таким образом, в 1884 году нашлись остатки первого белокаменного собора 1161—1162 годов.

    До середины XX века об истории строительства памятника мы знали только из летописей. В 1954 году Н.Н. Воронин провел раскопки в Леонтьевском приделе и северо-западном углу храма. В результате их обнаружились остатки храма начала XIII века, белокаменные консоли аркадно-колончатого пояса, декоративный резной камень с фасада, остатки фресок 1187 года (собор расписывался уже после смерти Андрея при Всеволоде III), несколько майоликовых плиток желтого и зеленого цветов, выстилавших некогда пол.

    Самые значительные результаты дали археологические раскопки А.Е. Леонтьева, проводившиеся им в нескольких местах собора в 1992—1994 годах. В их результате были найдены остатки белокаменных стен и полов соборов и XII, и XIII веков, множество фрагментов фресок и майоликовых плиток пола XIII века. Раскопки показали, что все сменяющие друг друга сооружения стояли на одном и том же фундаменте, в общих чертах сохраняя одни и те же размеры и план. Исключение составлял лишь собор XIII века, в котором с трех сторон существовали еще и притворы. Однако самые удивительные находки ожидали археологов в раскопах вокруг собора. В них были найдены большие участки рухнувших белокаменных стен храма 1213—1231 годов с резными деталями карнизов, колонок и кронштейнов. Это дало возможность произвести графическую и натурную реконструкцию части стены собора XIII века.

    Материалы раскопок, таким образом, полностью подтвердили все скудные летописные сведения, касающиеся истории памятника.

    Немало повидал Успенский собор на своем веку. В 1609 году он стал последним убежищем защитников Ростова во время захвата его польско-литовскими отрядами Сапеги и Лисовского. Часть жителей города во главе с митрополитом Филаретом Романовым закрылась в храме, но они были перебиты, Филарет взят в плен, а богатства собора разграблены.

    В 1670, 1730 и 1758 годах здание сильно пострадало от пожаров. После пожара 1730 года оно подверглось основательной перестройке, изменившей весь его облик. Древнего образца щелевидные окна были растесаны, промежутки Между закомарами заложены, в результате чего кровля оказалась четырехскатной. В XIX веке к западному и северному фасадам пристроены две паперти, окончательно «осовременившие» его внешний облик. И только в 50-е годы прошлого века в результате реставрации этот памятник предстал перед нами в своем первоначальном виде.

    Успенский собор — шестистолпное в плане сооружение, вытянутое с запада на восток. Мощные столбы несут на себе подпружные арки, на которых возвышаются пять подкупольных барабанов с узкими окнами (световых). В плане, как отмечалось выше, он повторяет собой предыдущие здания, от которых частично сохранился и строительный материал, в частности, белый камень в нижней части стен.

    Из белого камня выложен высокий, богато профилированный цоколь. На него опираются кирпичные стены, разделенные лопатками на четыре прясла — южный и северный фасады, и на три — западный и восточный. К восточной стене примыкают три относительно невысоких полукружия апсид, на которых размещены тонкие полуколонки. Верх апсид украшен фризом из глухих пятиугольных ниш.

    Каждое прясло стен завершается килевидной закомарой, а над угловыми лопатками поставлены небольшие декоративные килевидные кокошники, обращенные на два фасада сооружения (бочки). Спокойная гладь стен расчленена по горизонтали тремя профильными тягами. С каждым членением вверх лопатки собора становятся все уже и тоньше, чем подчеркивается динамическая устремленность сооружения ввысь. Неширокие щелевидные окна с полуциркульным завершением и декоративный аркатурно-колончатый пояс завершают убранство стен храма. Мотив глухих арочек, перекликаясь с декором стен, повторяется на барабанах, завершенных мощными главами. Главы покрыты луженым железом «в шашку». Золоченый конус и крест завершают каждую из пяти глав, что вместе с горящими на солнце подзорами под главами и на закомарах придает зданию особую законченность и пышность. Своими монументальными формами, пропорциональностью объемов и красотой декоративной обработки стен памятник производит сильное впечатление.

    В интерьер собора с трех сторон ведут три перспективных портала, уступами уходящих в глубь стены. Колонки украшены красивыми резными «дыньками». К южному фасаду сооружения уже в XVII веке было пристроено крыльцо, на круглые столбы которого опираются сдвоенные арки с резными «висягами» посредине.

    Южное крыльцо расписано в 1697 году. Примерно тремя десятилетиями раньше, в 1671 году, орнаментальной росписью был покрыт западный портал — главный вход в храм. Решетчатые двери его выкованы в 1696 году ростовским кузнецом Максимом Гордеевым, а через два года ярославский кузнец Иван Алексеев отковал «ростовской соборной церкви к западным железным дверям замок нутряной», который действует до сих пор. На этой же глухой двери размещены две звериные маски с кольцами-ручками — фрагменты дверей собора Андрея Боголюбского, память далекого XII века.

    В древние времена у подножия Успенского собора многоголосо шумела торговая площадь. Но после строительства Архиерейского дома, в последние годы XVII века — начале XVIII века, соборная площадь была отгорожена от кварталов города невысокой кирпичной стеной, часть которой — к западу от храма — сохранилась до наших дней.

    Въезжать на соборную площадь можно было через Святые ворота, расположенные в северо-западном углу упомянутой выше ограды. Существующие сейчас ворота построены в первой половине XVIII столетия в традициях древнерусской архитектуры, хотя сама проездная арка сложного, барочного рисунка, рустованные угловые лопатки и окна с лучковыми перемычками сооружены в стиле архитектуры XVIII века.

    Проездные ворота устроены в основном кубическом объеме сооружения — четверике, крытом тесом. На четверике поставлен восьмерик — восьмигранная башенка, завершающаяся граненым куполом и маковицей на тонком восьмигранном барабане. Купол и главка по традиции покрыты лемехом. Все это очень напоминает о простых формах приходской церкви XVII века.

    К северной и восточной частям соборной ограды в первой половине XIX века были пристроены сохранившиеся до наших дней каменные торговые лавки. Здесь же, у восточной ограды площади, возвышается одно из самых замечательных сооружений Ростовского кремля — звонница. Возведение ее относится к 1680-м годам. Тип многопролетной звонницы, подобной ростовской, распространен в русском зодчестве XVI—XVII веков. Они сооружались в Новгороде, Костроме, Суздале, Московском кремле. В ростовской звоннице первоначально был построен трехарочный, вытянутый с юга на север объем, завершенный тремя луковичными главками. Зодчие очень удачно воспроизвели формы Успенского собора, стилистически объединив эти два сооружения и создав, таким образом, законченный ансамбль.

    Горизонтальные тяги членят плоскость стен на несколько ярусов. В нижней части под центральным пролетом в XVII столетии существовала небольшая церковь, служба в которой проводилась только в храмовый праздник — в Вербное воскресенье.

    Рядом с входом в бывшую церковь в толщу стены уходит узкая лестница с зарешеченной дверью, ведущая на верхнюю площадку звонницы. Направление каменной лестницы отмечено на фасаде крошечными оконцами, идущими по диагонали. Лопатки стен так же, как и в Успенском соборе, с каждым ярусом вверх становятся все тоньше и уже. Стилевое единство этих двух сооружений подчеркивается сходными по форме килевидными закомарами и угловыми декоративными кокошниками — бочками.

    После того как был отлит самый большой колокол, к первоначальному сооружению пристроили высокую однопролетную башню с одной главой, которая удачно завершила композицию всего сооружения. Башня хоть и крыта на восемь скатов, но профильные килевидные тяги, обрамляющие арку, объединяют ее с предыдущей трехпролетной частью памятника. В общем, архитектура его чрезвычайно пропорциональна и пластична. Чистота и ясность форм ростовской звонницы ставят ее в ряд лучших сооружений XVII века в России.

    Но славилась она не только и не столько внешним архитектурным видом, сколько знаменитым на всю Россию мелодичным звоном.

    В письме к одному из своих друзей Иона Сысоевич скромно писал: «На своем дворишке лью колоколишки, дивятся людишки».

    А дивиться и в самом деле было чему.

    Всего в конце XVII столетия было отлито 13 колоколов, причем самый большой из них, названный по имени отца Ионы «Сысоем», весит 2000 пудов. По нижней кромке колокола декоративным пояском бежит затейливая славянская вязь, из которой явствует, что этот колокол был отлит в 1689 году мастером Флором Терентьевым. Следующий по величине тысячепудовый колокол «Полиелейный» отливали чуть раньше, в 1683 году, мастер Филипп Андреев с сыном Киприаном. Годом раньше те же мастера отлили колокол «Лебедь» в 500 пудов. Почти каждый ростовский колокол имеет свое название: «Голодарь», «Баран», «Козел», «Красный», «Зазвонный». Во второй половине XIX века на звоннице были укреплены еще два колокола, и, таким образом, всего их на ней сейчас 15.

    Ростовские звоны своей мелодичностью и красотой недаром заслужили восторженные отзывы тех, кто имел возможность их слушать. В свое время существовало несколько мелодий звонов («ионинский», «георгиевский», «красный», «будничный», «акимовский» и другие), мастерски исполнявшихся ростовскими звонарями в особо торжественных случаях. В конце XIX столетия они были переложены на ноты. Долгие десятилетия ростовские колокола как атрибуты богослужения были под запретом, молчали. И только в 80-х годах прошлого века звоны были восстановлены, теперь снова, как и в давние годы, над городом плывут их могучие и мелодичные звуки.

    К соборной площади обращен северный фасад Архиерейского дома. В центре его, почти на одной оси с крыльцом Успенского собора, возвышается Воскресенская церковь. Ее Фланкируют две стройные башни с кубовым покрытием.

    Влево и вправо от храма тянутся высокие стены с бойницами; стены ограничиваются двумя башнями, сходными по форме с башнями церкви, но более мощными по пропорциям. Воскресенская церковь — одно из первых культовых сооружений в Ростове при Ионе Сысоевиче (построена в 1670 году). Здание ее несколько отступает к югу, а на переднем плане — богато декорированная галерея, врастающая своими концами во фланкирующие башни. На фасаде галереи асимметрично расположены двое ворот: слева — пешеходные, в центре — проездные. Асимметрия — обычное в древнерусском зодчестве явление, придающее архитектурным массам большую живописность. Арки ворот обрамлены несколькими декоративными поясками — «елочкой» и «жгутиком», — выполненными из кирпича. Справа от проездных ворот размещено небольшое, с красивым фигурным наличником окно бывшей сторожки. Воскресенская церковь — надвратная, под ней существовал охраняемый въезд на территорию Архиерейского дома.

    Интенсивность декоративной обработки фасада галереи нарастает кверху. Над проездными арками размещены крытый деревянным навесиком киот с храмовой фреской «Воскресение», два окна со сложными наличниками и несколько ниш-ширинок с изразцами и выточенными из кирпича кубышками. На уровне верхнего обреза киота тянется ряд ширинок с муравлеными изразцами. Фасад галереи заканчивается аркадой из восьми заглубленных полуциркульных окон. Они разделены изящными по пропорциям, далеко выступающими трехчетвертными колонками. На их капители опираются арочки, форму которых повторяет поясок поребрика.

    Завершение фасада галереи придает ее внешнему виду поистине царственную пышность. Особенно красива она при вечернем освещении. Косые лучи солнца до боли в глазах высвечивают рельефные детали фасада, глубокие контрастные тени залегают в многочисленных нишах и оконых проемах. Предельная изысканность и классическая ясность форм галереи — несомненное достижение ростовских зодчих. В конце XVII века аналогичная обработка фасадов галерей была распространена на Руси. Но нигде больше мастерам не удалось достичь такой мягкости и пластичности декоративной обработки фасада, как в галерее ростовской церкви Воскресения.

    Над галереей высится основной кубический объем церкви. Он завершается трехфронтонным щипцовым покрытием. Пять высоких барабанов с серебристыми луковичными главами довершают силуэт памятника. Скромная гладь стен, единственным украшением которых являются неширокие лопатки и горизонтальные тяги, еще более подчеркивает декоративное богатство галереи. Эти немногие детали, да еще угловые бочки Воскресенской церкви, стилистически сближают ее с архитектурой Успенского собора и звонницы.

    Издалека виден проем пешеходных ворот, как бы приглашая пройти под церковью на территорию бывшего Архиерейского дома. Отсюда, от Воскресенской церкви, хорошо просматривается почти весь двор кремля. По всему чувствуется, что его планировка тщательно продумана и отличается цельностью и логичностью замысла.

    Двор имеет форму прямоугольника с квадратным в плане прудом в центре. Рядом с ним возвышается трехэтажный Самуилов корпус, выкрашенный в желтый цвет (в нем сейчас размещаются экспозиции Ростовского музея). В прошлом это хоромы ростовских митрополитов. Вокруг них, по периметру двора, находятся различные палаты и терема: Красная и Белая палаты, Княжьи терема, Ионинская палатка, Иераршие палаты, Дом на Погребах. Весь ансамбль окружен высокими кирпичными стенами с одиннадцатью башнями. Круглые по форме башни с кубовым и шатровым покрытием стоят на углах прямоугольника кремлевского двора. Две проездные квадратные башни — Водяная и Садовая — расположены в центре восточной и южной стен кремля.

    Обладая определенными художественными достоинствами, существующие палаты и терема придают Ростовскому кремлю особую теплоту, смягчая строгую торжественность силуэтов церквей и островерхих башен.

    Въезд на территорию Архиерейского дома существовал под двумя надвратными церквами: Воскресенской — с севера и Иоанна Богослова — с запада, а также под упомянутыми выше квадратными башнями. С церквей, палат и хором во двор спускалось пять торжественных крылец, органично связывающих величественные сооружения с окружающим пространством. Это придавало митрополичьему двору характер парадности, чего так добивался Иона Сысоевич.

    Впечатление парадности усиливалось многочисленными висячими галереями, устроенными на высоких арках. По галереям можно было попасть в любое жилое или хозяйственное помещение кремля, а по крытым переходам, сделанным в кремлевской стене, — в любую из пяти существующих церквей.

    Могучие стены кремля имеют все атрибуты оборонного сооружения: бойницы подошвенного боя, обычные, щелевидные бойницы и так называемые варницы — бойницы навесного боя. Однако ощущения суровой боевой мощи Ростовский кремль не вызывает. Слишком много внимания уделено зодчими красоте форм стен и башен, их декоративной обработке. При строительстве преследовалась все та же цель: придать Архиерейскому дому большую помпезность, величие, говорящие о могуществе и богатстве ростовского митрополита. В XVII веке в Ростове, находящемся в глубине обширной территории России, воевать было не с кем, и стены, по существу, служили обычной оградой. Они достаточно высоки, чтобы уберечь двор митрополита от постороннего глаза, а при необходимости — и от чрезмерно разбушевавшейся «черни», у которой повода для волнений в конце XVII столетия было более чем достаточно.

    В старые времена существовала и невидимая с парадного двора хозяйственная часть Архиерейского дома. Она располагалась у южной стены кремля, за Самуиловым корпусом и Спасской на Сенях церковью. Сюда входили поварни, пекарни, сушильни, засолочные и другие сооружения, в большинстве своем деревянные, почему они и не сохранились до наших дней. Непосредственно к хозяйственным помещениям примыкал митрополичий сад, отделенный от города высокой кирпичной стеной. Несмотря на то что многие хозяйственные сооружения Ростовского кремля не дошли до наших дней, очевидно, что в общей его застройке большая площадь занята сооружениями гражданского назначения.

    Посредине северной кремлевской стены возвышается церковь Воскресения с двумя фланкирующими башнями и маленькой звонницей над стеной. Собственно храм — пространство для молящихся — находится в третьем этаже сооружения, на уровне крытых кремлевских переходов. С трех сторон — за исключением восточной — церковь окружают галереи. Южная стена галереи не доходит до угла фасада здания: здесь с галереи первоначально спускалось крыльцо с двумя площадками-рундуками и шатрами над ними. В XVIII веке крыльцо было разобрано (в торцевой стене галереи сохранился заложенный большой арочный проем, ведущий «в никуда»), а на его месте построен существующий еще и сейчас одноэтажный корпус, соединяющий храм с «розовым» домом у Часобитной башни. Южная и западная галереи по декору гораздо скромнее северной, выходящей на соборную площадь, но и здесь имеется все та же красивейшая аркада, правда уже без колонок.

    На южном фасаде Воскресенской церкви прорезаны три арки. Две из них — пешеходная и проездная — смещены влево относительно оси арок северного фасада: проходы сделаны по образцу военных крепостей — коленчатыми. Третья арка, зарешеченная красивой кованой решеткой, ведет в церковь.

    Поднявшись по кирпичной лестнице и минуя небольшое прямоугольное помещение второго этажа, мы попадаем на галерею. Через многочисленные арочные окна она с трех сторон щедро залита светом. Красивые коробовые своды с Распалубками над окнами замыкают пространство галереи сверху, тусклые золотистые фрески сплошным ковром покрывают ее стены, своды, окна.

    С галереи в церковь ведут три портала, главный вход — западный. Снаружи храм не очень велик. Но первое, что останавливает внимание при входе в церковь — ее необычайная протяженность. Где-то далеко-далеко, в глубине алтаря, мерцает желтым светом витражное полуциркульное окно. Кажется, к нему ведет длинная, перспективно уменьшающаяся золоченая аркада. Но на самом деле ее нет, это своего рода оптический обман. Существует лишь два портика-кивория — перед алтарем и в его глубине. Но они так искусно поставлены и так пропорциональны, что с определенной точки обзора создается эффект присутствия аркады.

    Очень много необычного для русских храмов (помимо системы портиков) мы видим в церкви Воскресения — и это характерно почти для всех культовых сооружений кремля. В церкви отсутствует деревянный иконостас с иконами, он заменен обычной каменной стеной, отделяющей алтарь от основного пространства храма. Этим приемом — к тому же церковь бесстолпная — создается впечатление нерасчлененности, цельности интерьера. Пол алтаря и площадка для церковнослужителей перед ним — солея — приподняты относительно пола самой церкви. На солею ведут несколько ступеней чугунной лестницы, справа и слева от нее — два клироса для певчих. Через высоко расположенные большие окна освещается внутреннее пространство Воскресенской церкви. Ее высота подчеркивается четырьмя парами стройных полуколонн, стоящих на сильно вытянутых вверх постаментах. На полуколонны опираются две подпружные арки, которые поддерживают своды церкви. В центре, над сводами, возвышается залитый светом подкупольный барабан. Весь интерьер храма чрезвычайно оригинален и торжественен.

    Другая кремлевская церковь, Иоанна Богослова так же как и Воскресенская, надвратная. Она расположена почти посредине западной стены кремля; под ней существовал некогда главный въезд на территорию Архиерейского дома со стороны Москвы. Можно заметить, что храм расположен на одной оси с центральной улицей Ростова, называвшейся когда-то Московской, и только при подъезде к нему, начиная от моста через ров, улица чуть-чуть отступает к северу.

    Далее: Кремль в Ростове Великом - продолжение
    В начало

     
    Rambler's Top100