Гоголь Николай Васильевич

Дата публикации или обновления 18.12.2016
  • К оглавлению: Русские писатели

  •   А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Э   Я


    Гоголь Николай Васильевич

    Гоголь Николай Васильевич, писатель, родился 20.III (1.IV).1809 г. в местечке Большие Сорочинцы Полтавской губернии в семье украинских помещиков.

    Человек глубокой веры.

    Памятник Николаю Васильевичу Гоголю на Малой Конюшенной улице в Санкт-Петербурге.
    Памятник Николаю Васильевичу Гоголю на Малой Конюшенной улице в Санкт-Петербурге.

    Религиозные чувства Гоголя ярче всего выражены в "Выбранных местах из переписки с друзьями" и в книге для юношества "Размышления о Божественной литургии Иоанна Златоуста".

    Детство Николая прошло на Украине в селе Васильевке. Отец, Василий Афанасьевич, был человеком образованным, одним из первых украинских писателей, автором комедий из народной жизни («Собака-вивця», «Простак»).

    Памятник Н.В. Гоголю на Малой Конюшенной улице в Санкт-Петербурге.
    Памятник Н.В. Гоголю на Малой Конюшенной улице в Санкт-Петербурге.

    С 1818 - 20 учился в Полтавское уездное училище.

    В 1821 был принят в Нежинскую гимназию высших наук. В гимназии наряду с рутинным преподаванием уже проявлялся дух свободомыслия, туда проникали отголоски декабристских настроений. Гоголь примкнул к кружку, группировавшемуся около профессора Н. Белоусова, который в своих лекциях выступал против самодержавного деспотизма.

    В Николае Васильевиче рано пробудился интерес к литературе: еще в гимназии он был сотрудником и редактором рукописных журналов, выступал в качестве актера в школьных спектаклях. По окончании гимназии он приезжает в Петербург, одушевленный стремлением к полезной деятельности на благо государства. Однако юношеские иллюзии скоро рассеялись. Попытка поступить в актеры кончилась неудачей, служба не отыскивалась. Живя в Петербурге, писатель испытывал суровые лишения.

    Памятник Н.В. Гоголю в Александровском саду в Санкт-Петербурге.
    Памятник Н.В. Гоголю в Александровском саду в Санкт-Петербурге.

    В 1829 им была написана и издана романтическая поэма «Ганц Кюхельгартен», (под псевдонимом В. Алов). Надежды, возлагавшиеся на поэму, не оправдались, она не имела успеха, и Гоголь, скупив почти весь тираж, уничтожил его.

    К концу 1829 Николаю Васильевичу удалось поступить на службу мелким чиновником в департамент государственного хозяйства, а вскоре перейти в департамент уделов. Он возвращается к литературной деятельности. Его привлекает теперь родная Украина, песни и жизнь ее народа, хорошо знакомые ему с детства.

    Памятник Николаю Васильевичу Гоголю в Александровском саду в Санкт-Петербурге.
    Памятник Николаю Васильевичу Гоголю в Александровском саду в Санкт-Петербурге.

    В 1830 в журнале «Отечественные записки» появляется, без подписи автора, его повесть «Басаврюк, или Вечер накануне Ивана Купала».

    В 1831 вышла первая часть «Вечеров на хуторе близ Диканьки». В это время он знакомится с А. С. Пушкиным и В. А. Жуковским, с помощью которого устраивается преподавателем в Педагогическом институте.

    В 1832 выходит вторая часть «Вечеров...», и писатель приобретает литературную известность. Во время поездки в Москву он знакомится там с семейством Аксаковых, М. Щепкиным, М. Погодиным и другими московскими литераторами. В Петербурге вокруг него сгруппировался тесный дружеский кружок, преимущественно из бывших нежинцев (Н. Прокопович, художник А. Мокрицкий и др.), но особенно большое влияние на развитие писателя оказало сближение с Пушкиным.

    В июле 1834 Гоголь определен адъюнкт-профессором по кафедре всеобщей истории при Санкт-Петербургском университете. Занятия историей отразились и в творчестве писателя.

    В 1835 вышел сборник «Арабески» куда вошли ряд статей по средневековой истории и по истории Украины. Николай Васильевич задумывает в это же время обширный исторический труд по всеобщей истории и собирает материалы для многотомной «Истории Малороссии», которую собирается издавать. Однако вместо этого он пишет историческую повесть «Тарас Бульба», которая вошла в сборник «Миргород» (1835).

    Вскоре он уходит из университета и целиком отдается литературной деятельности. Принимает участие в «Современнике» Пушкина, поместив там «Нос» и «Утро делового человека». Тогда же начал работу над комедиями «Владимир 3-й степени», которая осталась неоконченной, «Женитьбой» и «Ревизором», тему которого подсказал ему Пушкин.

    После постановки «Ревизора» 19 апр. 1836 в Петербурге, вызвавшей негодующий отклик реакционных кругов, Гоголь решает уехать за границу. «Теперь я вижу,— писал он М.Щепкину,—что значит быть комическим писателем. Малейший признак истины — и против тебя восстают, и не один человек, а целые сословия». Это тяжелое разочарование в своей миссии «комического писателя» стало началом душевного кризиса писателя, сказавшегося позднее. За границу он ехал, чтобы отдохнуть, поправить свое расшатавшееся здоровье и, наконец, «глубоко обдумать свои обязанности авторские», в частности закончить начатые, также по сюжету, подсказанному Пушкиным, «Мертвые души».

    6 июня 1836 Николай Васильевич выехал за границу. Побывал во многих странах: в Германии, Швейцарии, Франции, Италии. Поселившись в Швейцарии, он работает над продолжением «Мертвых душ».

    В 1839 он ненадолго приезжает на родину для устройства своих денежных дел и читает друзьям главы из первой части своей «поэмы».

    В 1841 в Риме он завершает работу над первым томом «Мертвых душ» и возвращается в Россию для их напечатания. После долгих цензурных мытарств он, наконец, при помощи Белинского добивается разрешения на их печатание.

    В мае 1842 «Мертвые души» выходят из печати.

    Мучительные хлопоты с изданием поэмы, ожесточенные споры по ее появлении — все это вновь, вызвало внутренний разлад в душе писателя, его болезненное состояние. И Гоголь опять отправляется за границу, в Италию. Он поселяется в Риме и там заканчивает работу над

    «Театральным разъездом»,

    «Шинелью»,

    «Женитьбой»,

    создает новую редакцию «Тараса Бульбы» для издания своих Сочинений, которое осуществляет в 1842 его школьный товарищ Н. Прокопович.

    Выход в 1842 четырех томов Сочинений писателя как бы подытожил его литературную деятельность.

    В последующие годы он переживает тяжелый духовный кризис, пытается найти для себя новый путь утверждения жизни. Сближение с консервативно настроенными деятелями, такими, как Шевырев, Погодин, Языков, а позднее с А. О.Смирновой, А. П. Толстым и другими, лишь способствует углублению идейного кризиса писателя, во многом отошедшего от своих первоначальных позиций. Отрыв от русской действительности, неприятие буржуазно-капиталистических отношений, установившихся в Европе, способствовали выработке той религиозно-утопической концепции, которая нашла свое выражение в издании им в 1847 «Выбранных мест из переписки с друзьями».

    Николай Васильевич тяжело переживал свой духовный и творческий кризис. Как художник, всем сердцем связанный с народом, он показал чудовищную систему угнетения, разложение и фальшь всего господствующего общества. Но он сам испугался этой жестокой правды и изменил собственному гению, пытаясь найти выход в призыве к патриархальным отношениям, в провозглашении примирения всех сословий и в религиозной утопии. Именно эти идеи и составили содержание его «Выбранных мест из переписки с друзьями». За эту книгу ухватились реакционные силы в России, всячески приветствуя ее охранительные идеи. Но в книге были и другие, критические высказывания по адресу господствующих классов, которые пришлись не по вкусу его апологетам. Кроме того, в «Выбранные места...» входили замечательные письма Гоголя о театре, о русской литературе («В чем же, наконец, существо русской поэзии и в чем ее особенность») и другие.

    Появление «Выбранных мест...» вызвало решительный протест передовой русской общественности. Особенно резкой критике подверг их Белинский в своем знаменитом «Письме к Гоголю», которое Ленин назвал «одним из лучших произведений бесцензурной демократической печати». Но, гневно бичуя Гоголя за защиту им самодержавия церкви и крепостничества, Белинский в то же время высоко оценивал деятельность писателя, называя его «одним из великих вождей на пути сознания, развития, прогресса». Письмо Белинского произвело сильное впечатление на писателя; он должен был признать, что в обвинениях Белинского имеется «часть правды».

    В мае 1848 Николай Васильевич возвращается на родину. Обосновавшись в Москве, вновь принимается за работу над вторым томом «Мертвых душ», начатую за границей. Однако, несмотря на упорный, подвижнический труд над книгой, она его не удовлетворяет. Он читает отдельные главы второй части «Мертвых душ» С. Аксакову, А. Смирновой, по многу, раз переделывает их, так и не доведя до конца своей работы. Им все больше овладевали религиозно-мистические настроения, усилившиеся под влиянием фанатически настроенного священника Матвея Константиновского. Здоровье писателя резко ухудшилось.

    В 1852 в припадке болезненного отчаяния он сжигает рукопись второй части «Мертвых душ», а через несколько дней после этого умирает от истощения сил.

    Похороны писателя превратились в широкую общественную демонстрацию: его хоронила вся передовая Россия. В «Письме из Петербурга», помещенном в московской газете, Тургенев писал о Гоголе как о «человеке, который своим именем означил эпоху в истории нашей литературы». За напечатание этого письма Тургенев был выслан в деревню.

    Начало творческой деятельности Гоголя Н.В. проходило под знаком романтизма.

    «Ганц Кюхельгартен» развивал характерную романтическую коллизию — протест отдельной личности против застоя и мещанского благополучия окружающего общества. По- иному эти романтические тенденции сказались в «Вечерах на хуторе близ Диканьки». В них измельчанию современности противопоставлена была поэзия народной жизни, очарование народных легенд, песен и сказок, цельность и свободолюбие украинских парубков, яркая, своеобразная природа Украины. Лукавый юмор и веселье «без жеманства, без чопорности», как писал восторженно о «Вечерах...» Пушкин, чередуется с «чувствительностью», с лиризмом описаний природы и чувств героев. При всей идиллической обрисовке характеров, романтической яркости сюжетов и словесных красок во многих повестях писателя проступают черты реальной жизни, появляются отнюдь не идиллические, сатирические образы («Сорочинская ярмарка», «Майская ночь»). В «Страшной мести» уже была намечена тема и трагический пафос «Тараса Бульбы».

    В «Вечерах...» сказалась его мечта о смелых людях из народа, не утративших своих естественных чувств и страстей. По словам Белинского, «Вечера...» — «поэтические очерки Малороссии, очерки, полные жизни и очарования. Все, что может иметь природа прекрасного, сельская жизнь простолюдинов обольстительного, все, что народ может иметь оригинального, типического, все это радужными цветами блестит в этих первых поэтических грезах г. Гоголя».

    Романтическая стилистика «Вечеров...» сказалась не только в страшных и патетических сюжетах и коллизиях, но и в том лирическом, эмоциональном стиле, которым они написаны. Такие повести, как «Страшная месть» или «Майская ночь», написаны ритмизованной прозой, наполнены фантастическими ситуациями. И с другой стороны, такие повести, как «Сорочинская ярмарка», полны солнечного света, веселого юмора, идущего от украинского фольклора и комедий Гоголя-отца и П. Котляревского. Во второй части «Вечеров...» была напечатана повесть «Иван Федорович Шпонька», резко отличная по своему реалистическому колориту от других повестей и намечавшая уже путь Гоголя-реалиста. В ней писатель показал с беспощадной иронией бессмысленно-ленивое «небокоптительство» представителей помещичьей среды.

    Тематика «Вечеров...» была продолжена в следующем сборнике — «Миргород», в котором помещены четыре повести:

    «Старосветские помещики»,

    «Вий»,

    «Тарас Бульба»,

    «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем».

    В «Старосветских помещиках» Гоголь как бы прощался с идиллией старосветского поместья, с очарованием тихой и безмятежной жизни, словно застывшей на месте, лишенной всякого движения. Он любовно, даже умиленно рисует своих героев, но прекрасно понимает всю бессмысленность и невозможность такой жизни. Откровенной насмешкой и сатирическим обличением пустоты и духовного ничтожества представителей поместного уклада, распада помещичьей патриархальности явилась повесть о ссоре двух Иванов. В ней Николай Васильевич с особенной силой раскрыл моральную деградацию, тупую и мертвящую атмосферу крепостнического общества, жизни провинции. Это мир «случайности и неразумности», в котором действуют нравственные уроды, «пародии на человечество» (В. Г. Белинский). В этих повестях он выступил уже как художник- реалист, показывая явления жизни в типическом обобщении и верности действительности.

    Этой ничтожной, мертвенной жизни господствующих классов писатель противопоставил яркую, вольнолюбивую жизнь украинского казачества в своем «Тарасе Бульбе» — героической эпопее, написанной широкой романтической кистью. В «Тарасе Бульбе» он продолжает яркую живописность и народную тему своих «Вечеров...». Повесть, проникнутая героическим и патриотическим пафосом, рисует борьбу запорожцев с шляхетской Польшей, длившуюся в течение нескольких веков.

    В «Тарасе Бульбе» изображает богатырские характеры самого Тараса, Остапа и других запорожских «рыцарей», их самоотверженную борьбу за родную землю, за свою национальную независимость. Запорожская сечь в представлении писателя — это демократическая, свободная организация, где каждый из ее членов чувствует себя частью всего коллектива. Гоголь в своей повести не стремился к соблюдению исторической точности, к документальной достоверности: он дает эпически обобщенную картину. Его Тарас близок к народному представлению о героическом, богатырском характере. Любовь и верность родине и «товариществу» для Тараса, как и для Остапа, выше личной привязанности кровного родства, любовного чувства. Той же ратной, суровой жизнью, тем же представлением о превосходстве общего, народного начала над индивидуальным живут и остальные казаки. Отступником, отщепенцем от этого неписаного закона в повести выведен младший сын Бульбы — Андрий, который во имя любви к прекрасной полячке изменил родине и «товариществу» и погиб от руки отца. При всей трагической коллизии повесть полна восхищения перед беззаветным мужеством народа и его героической борьбой за независимость и свободу родины. Даже смерть Тараса, погибающего на костре, становится оптимистическим апофеозом, утверждающим непобедимость и торжество общенародного дела.

    Вся повесть написана на основе украинских «дум» (исторических песен) и легенд. В ней чувствуются мотивы и краски «Слова о полку Игореве». Она звучит как эпический рассказ лирника-бандуриста, как голос самого народа. Красочная словесная палитра писателя с особенной наглядностью дала себя знать в этой повести — подлинной поэме в прозе, которую Белинский сравнил с «Илиадой» Гомера. Следует напомнить, что первоначальная редакция повести (1835) очень сильно отличается от окончательной (1841), в которой углублены характеристики персонажей и приглушена романтическая риторика.

    Творчество Николая Васильевича в основном складывалось в период, наступивший непосредственно после подавления восстания декабристов и наступления правительственной реакции. Однако, несмотря на торжество реакции, на господство полицейско-бюрократического аппарата, подчинившего себе всю страну, усугубление деспотизма власти, подспудно продолжалось расшатывание этой деспотической системы, нарастал протест против нее. В этой борьбе с бесчеловечностью и гнетом полицейско-крепостнического режима видное место принадлежало и Гоголю. Хотя он не имел сколько-нибудь отчетливой политической программы, его произведения обличали господствующий порядок, выражали негодование и протест против порабощения и угнетения простого человека.

    В 1835 он издает и другую книгу — «Арабески», в которой наряду со статьями на исторические темы и статьями об искусстве (в частности, там помещена была статья о Пушкине) помещены были и «петербургские повести» — «Невский проспект», «Портрет» и «Записки сумасшедшего». В дальнейшем «петербургские повести» пополнились «Носом» (1836) и «Шинелью» (1841).

    В «петербургских повестях» Николай Васильевич показал развращающее влияние власти денег на человека, резкие контрасты города, мучительное одиночество человека перед жестокостью окружающей жизни.

    В «Невском проспекте» с необычайной силой раскрыто это противоречие между романтически прекрасной мечтой и грубой, меркантильной действительностью. Вопросы, поставленные в «Невском проспекте», решаются и в остальных повестях этого цикла.

    В повести «Портрет», раскрыта трагедия художника в современном обществе, враждебном искусству. В ней показано, как развращает и губит художника власть денег, искушение стать модным живописцем, продажа своего таланта. В «Портрете» поставлена и другая тема — о сущности искусства,— которая разрешается во многом с позиций романтизма. Высшей правдой искусства объявляется бессознательное вдохновение, интуиция художника-творца, отличающая его от ремесленника-копииста, бездумно воспроизводящего повседневную жизнь.

    В повести «Нос» продолжено разоблачение «пошлости пошлого человека», Сатирический гротеск, с особой силой обличающий пошлую меркантильность окружающего общества.

    В «Записках сумасшедшего» и «Шинели» достигает своей вершины гуманистический протест Гоголя против поругания человеческой личности, униженной и подавленной социальной несправедливостью и эгоистическим равнодушием сильных и богатых к судьбе «маленького человека. Эта гуманная тема бесправного и духовно изувеченного «маленького человека» вырастает в протест против несправедливости тех общественных отношений, которые делают его обездоленным, потерявшим свое человеческое достоинство.

    «Шинелью» Николай Васильевич положил во всей мировой литературе начало гуманному, протестующему началу, защите простого человека от несправедливости господствующего общества.

    Формула гоголевского гуманизма: «Человек — брат твой» — знаменовала утверждение ценности человеческой личности, призыв увидеть под внешней униженностью и духовной неразвитостью человека, стать на его защиту. Недаром Герцен назвал «Шинель» «колоссальным произведением».

    Уже в «петербургских повестях» писатель показал неприглядный облик бюрократического и чиновничьего аппарата царской России, тупую жестокость, полную утрату человечности этим господствующим сословием, угнетающим и расхищающим всю страну, бездумных исполнителей власти, деспотически и беззастенчиво распоряжающихся судьбами народа. Эту же тему он поставил и в своей драматургии. Начав с написания комедии «Владимир 3-й степени», в которой изобличалась чиновная бюрократия, он, увидев невозможность провести эту комедию через цензурные рогатки, перешел к первоначальной редакции «Женитьбы», а затем к «Ревизору». Гоголь создал гениальную комедию, разоблачавшую всю систему чиновничье- бюрократической власти, «собрал в одну кучу», говоря его словами, «все дурное в России... все несправедливости, какие делаются в тех местах и в тех случаях, где больше всего требуется от человека справедливости».

    «Ревизор» — вершина драматургии писателя как по широте и глубине своей идейной направленности, так и по художественному совершенству, по смелому новаторству драматургического мастерства. Смысл комедии отнюдь не исчерпывался сатирой на провинциальное чиновничество, а вырастал до широкого обобщения всей системы, всего самодержавно-крепостнического государства.

    Его комедия основана на саморазоблачении героев. В ней нет положительных персонажей. При всей сатирической заостренности и комедийно-буффонадной гротескности пьесы ее образы подлинно реалистичны, все действие комедии мотивировано характерами и психологией ее героев.

    Николай Васильевич видел в театре «кафедру, с которой можно много сказать миру добра». Он развил глубокую и оригинальную теорию драматургического искусства в своих статьях о театре и в «Театральном разъезде», который Белинский справедливо определил как «глубоко осознанную теорию общественной комедии». В частности, в комедии Гоголь видел «верный сколок с общества», указывая, что «если комедия должна быть картиной и зеркалом нашей жизни, то она должна отразить ее во всей верности». Эти принципы писатель положил и в основу своей комедии, основанной не на внешней занимательности или дидактическом посрамлении «порока», а на общественном содержании комедии, на ее жизненной правде. По словам Герцена, он показал в «Ревизоре» самые «сокровенные складки нечистой, злобной чиновнической души».

    В 1841 Николай Васильевич переделал написанные ранее части «Владимира 3-й степени» в «драматические сцены» («Утро делового человека», «Тяжба», «Лакейская», «Отрывок»). Эти «драматические сцены» и законченная к этому же времени «Женитьба» представляют особый жанр в его драматургии. Здесь он создает своего рода картины нравов, точное изображение быта в его сатирическом разоблачении, в социально- обобщенном аспекте. В круг своей сатиры Гоголь вовлекает не только чиновничество и бюрократию, но и купечество («Женитьба»), показывая косный, неподвижный быт «темного царства». Если в «Ревизоре» высмеивалось «электричество» чина, порочность и развращенность всей бюрократической системы, в которой человек был подменен и вытеснен «чином», а иерархия чинов создавала широкий простор для злоупотреблений, казнокрадства, взяточничества, принижения человеческой личности, то в «Женитьбе» с не меньшей силой разоблачалась духовная нищета и фальшь современного общества, в котором «электричество» «выгодной женитьбы» или «денежного капитала» поглотило все прочие интересы. Комедия раскрывает новые черты действительности, ничтожество представителей дворянского общества, вынужденных поправлять свое пошатнувшееся положение при помощи «денежного капитала».

    Еще более резкую и беспощадную картину морального разложения общества Николай Васильевич показывал в одноактной комедии «Игроки», в которой с сатирической злостью и непримиримостью сдергивается маска благополучия и лицемерия с представителей современного общества. Жулики и шулера, прикрываясь громкими фразами и благонамеренными сентенциями, обманывают друг друга, как бы наглядно показывая ту войну всех против всех, которую принес с собой «бессердечный чистоган».

    Кризис дворянского крепостнического общества, нарождение новых, буржуазно-капиталистических тенденций социального развития в условиях распада патриархального хозяйства стали одной из главных движущих сил в сознании писателя при создании им своего главного произведения — поэмы «Мертвые души». Еще в начале работы над этим произведением он писал Жуковскому (12 ноября 1836): «Огромно, велико мое творение, и не скоро конец его. Еще восстанут против меня новые сословия и много разных господ; но что ж мне делать! Уже судьба моя враждовать с моими земляками». Таким образом, сам писатель с самого начала ясно сознавал обличительное значение поэмы, ее направленность против всего существующего социального уклада. Сюжет «Мертвых душ», подсказанный, как и сюжет «Ревизора», Пушкиным, представлял возможность показать «всю Русь», давал широкое обобщение тех социальных процессов, которые характеризовали положение в стране. В типических, правдивых образах раскрыл писатель безотрадную картину экономического, социального и духовного кризиса крепостнического порядка, передал гнетущее ощущение чудовищного гнета, распада, вырождения поместно-крепостнического уклада и в то же время всю мерзость и хищническую сущность нарождавшихся капиталистических отношений. «Мертвые души» — это хозяева тогдашнего государства, жестокие и очерствевшие в своей патриархальной отсталости владельцы миллионов крестьян, безжалостно грабящие их, неспособные ни к какому прогрессу.

    В своей поэме писатель показывает разнообразную галерею «мертвых душ» — провинциальных помещиков. Он начинает со сладкого, как сахар, Манилова — бесплодного тунеядца и небокоптителя, предающегося нелепым мечтаниям, на деле же эгоистически погруженного лишь в свой крохотный, пустопорожний мирок. Если в Коробочке стяжательство и скупость подавили все другие качества, то Ноздрев, напротив, бесшабашно транжирит остатки своего состояния. Наглый и вечно взбудораженный, Ноздрев — лжец и забияка, герой скандалов, не считается ни с какими нормами общежития. Прижимистый «кулак» и человеконенавистник Собакевич, с угрюмой враждебностью относящийся ко всему миру, и патологический скупец Плюшкин, потерявший даже свой человеческий облик, ставший «прорехой на человечестве», завершают эту галерею «мертвых душ». Скопище уродов, представителей уходящего крепостнического уклада, лишенных человеческих привязанностей и черт, в первой части поэмы создавало ужасающее, безнадежное настроение. Пушкин, прослушав первые главы поэмы, сказал: «Боже, как грустна наша Россия!» (Полн. собр. соч., т. VIII, с. 298).

    Сам писатель, говоря впоследствии о героях своего первого тома, писал: «Испугало их (т. е. читателей) то, что один за другим следуют у меня герои один пошлее другого, что нет ни одного утешительного явления, что негде даже приотдохнуть или дух перевести бедному читателю и что по прочтении всей книги кажется, как бы точно вышел из какого-то душного погреба на божий свет».

    Значение его героев, однако, много шире их конкретно-исторического бытия — в них писатель не только казнил отживающее и уходящее помещичье общество, но и показал пороки и недостатки общечеловеческого порядка, черты, присущие собственнику и тунеядцу любой исторической формации.

    Особое место занимает главный «герой» поэмы — Чичиков. Это — воплощение той пошлости, себялюбия, нравственной пустоты, цинизма, угодливости, беспринципности, наглой приспособляемости к любым обстоятельствам, которые несли с собой утверждающиеся в России буржуазно-капиталистические отношения. В то же время в Чичикове уживаются черты приобретателя, дельца- спекулянта с изворотливостью и плутовством чиновника и стяжателя старого типа, сближающие его с примитивным, «патриархальным» стяжательством Коробочки и Собакевича. Показная благонамеренность и внешняя услужливость лишь маска для изворотливого плута и хищника, заключающего в себе высшее проявление той пошлости, которая так ненавистна была писателю. Содержание поэмы, однако, не исчерпывается изображением отрицательных персонажей, «мертвых душ» помещичьего общества. Гоголь показал также, что за скопищем уродов стоит огромная крестьянская Россия, народ, полный глухого недовольства и враждебности к существующему порядку.

    Герцен справедливо увидел в «Мертвых душах» не только «крик ужаса и стыда», но глубокую веру писателя в свой народ, в его живые творческие силы: «Там, где взгляд может проникнуть сквозь туман нечистых, навозных испарений, там он видит удалую, полную силы национальность». В лирических отступлениях поэмы, в рассказе о мужиках, проданных Собакевичем (поместившего их в реестр мертвецов) истории бурлака Абакума Фырова, в самом образе-символе тройки, несущейся вперед, Николай Васильевич говорит о своей вере в будущее народа, противопоставляет это народное, национальное начало страшному миру «мертвых душ». Оттого-то в поэме такое большое место занимают облик самого автора, его раздумья о судьбах родины, его лирический голос.

    Это лирическое начало, постоянно ощутимое присутствие автора и его отношения и определяют художественную структуру «Мертвых душ», объясняют ее подзаголовок — «поэма». Автор в своем восторженном отношении к народу и родине противостоит пошлости и уродству своих героев. В пейзажах, лирических и публицистических отступлениях он выступает как патриот и гражданин, гневно восстающий против пошлости и безобразия окружающей действительности и в то же время свято верящий в будущее своей страны и своего народа. Сколько восхищения, восторженной патетики заключено в лирических отступлениях поэмы! Образ летящей вперед тройки-России, которым заканчивается поэма, выражает это утверждающее начало.

    «Мертвые души» Гоголь предполагал продолжить, задумав трилогию по аналогии с «Божественной комедией» Данте. Во втором томе поэмы он хотел показать пробуждение к новой жизни, наметить выход из противоречий современного общества. Однако и во втором томе основное место занимают «герои недостатков», как их определил сам писатель: помещик Петух, обжора и мот, Кошкарев, маниакальный поклонник западноевропейских форм хозяйства, совершенно чуждых русской жизни. Этим «героям недостатков» Николай Васильевич пытался противопоставить «героев добродетелей» — предприимчивого помещика Костанжогло и мудрого откупщика-христианина Муразова. Однако эти герои при всех добродетелях получились безжизненными, схематичными, тогда как такие персонажи, как Петух или Кошкарев, написаны в полную силу, примыкая к образам помещиков, выведенных в первой части.

    По замыслу писателя, даже Чичиков в конце поэмы должен был переродиться. Но этого во второй части не произошло: Чичиков по-прежнему показан ловким авантюристом, который, несмотря на постигающие его неудачи и тюремное заключение, в конце концов принимается за прежние плутни.

    Внутренняя противоречивость позиции Гоголя не дала ему возможности завершить свою поэму, а тем более показать нравственное возрождение своих героев. Второй том поэмы остался незавершенным.

    Большой интерес представляют статьи и высказывания писателя о литературе, его эстетические взгляды. Писатель-реалист, он, однако, включил в свой творческий опыт и в свою эстетическую систему многие положения эстетики романтизма, создав оригинальную и глубокую эстетическую систему взглядов. Знаменитая формула: «озирать ее (т. е. жизнь) сквозь видимый миру смех и незримые, неведомые ему слезы» — стала основой его эстетики, неоднократно повторялась Белинским при характеристике творчества писателя. Николай Васильевич навсегда остался великим писателем- реалистом.

    «С появлением Гоголя, — писал Белинский, — литература наша исключительно обратилась к русской действительности». За беспощадное разоблачение крепостнической действительности творчество Гоголя высоко оценили революционные демократы — Белинский, Чернышевский, Добролюбов, видевшие в нем родоначальника русского критического реализма.

    В «Очерках гоголевского периода» Чернышевский определил как основную заслугу писателя то, что он «первый дал русской литературе решительное стремление к содержанию, и притом стремление в столь плодотворном направлении, как критическое». Мало кто из писателей создал такую яркую галерею типов, навсегда вошедших в наше сознание, в нашу культуру: Хлестаков, городничий, Чичиков, Плюшкин, Собакевич, Коробочка, Ноздрев, Акакий Акакиевич Башмачкин.

    Белинский писал о майоре Ковалеве («Нос»): «Он есть не майор Ковалев, а майоры Ковалевы», подчеркивая, что «типизм есть один из основных законов творчества». Образы Гоголя сочетают типическую обобщенность с подлинной, почти физической ощутимостью, с особой выразительной и живописно-наглядной лепкой наружности, одежды, жестов, речевых особенностей каждого из них.

    Гоголь — подлинный мастер языка. Яркая поэтическая речь его произведений то поэтически проникновенная, когда писатель рисует русскую или украинскую природу, пейзаж, или в лирических отступлениях, то выпуклая, наглядная, передающая все оттенки характера, профессии, душевных свойств его героев.

    Николай Васильевич великолепно чувствовал все богатство и красочность русского языка; в своих ранних произведениях широко черпал языковые краски и из украинского. Восторженно писал он о метком русском слове, в котором отразился русский национальный характер: «...вышедший из глубины Руси, где все сам — самородок, живой и бойкий русский ум, что не лезет за словом в карман, не высиживает его, как наседка цыплят, а влепливает сразу, как пашпорт на вечную носку, и нечего прибавить уже потом, какой у тебя нос, или губы — одной чертой обрисован ты с ног до головы!» Этим искусством обрисовки характера одной чертой писатель владел в совершенстве. Он замечательный мастер детали, подробности, настолько точно и удачно найденной, что ярко передает особенности данного лица или обстановки.

    Творчество Николая Васильевича оказало большое влияние на многих выдающихся русских и советских писателей, по-своему развивавших те или иные стороны его художественного метода. Это - Достоевский, Гончаров, Тургенев, Некрасов, Григорович, Лесков, Салтыков-Щедрин, Серафимович, Шолохов, Фадеев, Злобин и другие.

    Умер 21.II(4.III).1852 г. в Москве.

    Г
    Гавриил Гапон Георгий Аполлонович Геенна огненная Гефсимания Гипноз Глава Главопреклонение Гласы Глинка Михаил Иванович Гнев Гностицизм Говение Гоголь Николай Васильевич Голгофа Голосники Гордость Горнее место (или Горний престол) Господь Грех Грехопадение Гречанинов Александр Тихонович Греческая (Элладская) Православная Церковь Гроб Гроб Господень Гробница Грузинская Православная Церковь Гульбище

    Православный словарь
    А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Э   Ю   Я

    В начало

     
    Rambler's Top100