Благоговение к иконам

Дата публикации или обновления 10.02.2016
  • К оглавлению: журнал «Святой Родник»
  • К оглавлению раздела: Обзор православной прессы

  • Какое благоговение должны мы питать по отношению к иконам?

    Один монах приготовил кому-то в благословение икону Святителя Николая: завернул ее в хорошую бумагу и на время положил в шкаф. Но по невниманию он поставил икону вверх ногами. Вскоре в комнате стал слышен какой-то стук. Монах начал глядеть туда-сюда, чтобы понять, откуда этот стук исходит. Но разве догадаешься, что он идет из шкафа! Стук продолжатся довольно долгое время: «Тут-тук-тук!» — и не давал монаху покоя. Наконец, подойдя к шкафу, монах понял, что стук раздавался изнутри. Открыл он шкаф и увидел, что стук исходил от свертка с иконой. «Что это с иконой такое? — удивится монах. — Дай-ка посмотрю». Развернув икону, увидел, что она стояла кверху ногами. Тогда он поставил ее, как подобает, и шум сразу же прекратится.

    «Благовещение Пресвятой Богородицы» икона Божией Матери. Галерея икон Щигры.
    «Благовещение Пресвятой Богородицы» икона Божией Матери. Галерея икон.

    Человек благоговейный особенно благоговеет перед иконами. Говоря «благоговеет перед иконами», мы подразумеваем, что он благоговеет перед тем, кто на ней изображен. Если человек, имея фотографию своего отца, матери, деда, бабушки или брата, не может порвать ее или наступить на нее, то разве не в гораздо большей мере это относится к иконе! У иеговистов нет икон, и честь, которую мы воздаем иконам, они считают идолопоклонством.

    Как-то раз я спросил одного иеговиста: «У вас что, в ломах нет фотографий?» — «Есть», — ответил он. «Хорошо, — говорю, - разве мать, когда ее дитя находится в дальней отлучке, исцелует его фотографию?» «Целует», говорит иеговист. «И что она целует: бумагу или свое дитя?» — «Свое дитя», — отвечает он. «Ну так вот, — говорю, — как она, целуя фотографию своего ребенка, целует его самого, а не бумагу, так и мы целуем Христа, а не бумагу или доску».

    — Геронда, а если на какой-то доске раньше была икона Христа, Божией Матери или какого-то святого и краски от времени стерлись, то должны ли мы все равно се лобызать?

    — Да, конечно! Когда человек с благоговением и горячей любовью лобызает святые иконы, он как бы вбирает, впитывает (в себя) краски этих икон, и в нем самом, внутри, изображаются эти святые. Святые радуются, «отрываясь» от бумаг и досок и запечатлеваясь в человеческих сердцах. Когда христианин благоговейно лобызает святые образы и просит помощи от Христа, от Матери Божией, от святых, то он совершает лобзание своим сердцем, которое впитывает в себя не одну только Благодать Христову, Матери Божией или святых, но всего Христа или Пресвятую Богородицу или святых, которые встают в иконостас его (внутреннего) храма. «Человек есть храм Святого Духа». Смотри, ведь и каждая служба начинается и заканчивается лобызанием икон.

    Если бы люди понимали это, то сколько бы радости они ощущали, сколько бы они принимали силы!

    — Геронда, почему в молебном каноне Пресвятой Богородице в одном из Богородичнов говорится: «Немы устне нечестивых, не покланяющихся образу Твоему честному»?

    — Если у кого-то нет благоговения и он прикладывается к иконам, то разве его уста не немы, не беззвучны? И разве не благозвучны уста человека благоговейного, когда он лобызает святые образы? Некоторые, прикладываясь к иконе, даже не касаются ее. Другие, прикладываясь к иконе, только дотрагиваются до нее губами. Вот так. Слышали что-нибудь?

    — Нет.

    — Ну вся, значит, уста «немы», беззвучны. А если икону лобызает человек благоговейный, его целование слышится. И тогда уста благозвучны. Когда о устах говорится «немы», это не значит, что они богохульствуют. Но (факт есть факт) — одни уста беззвучны, а другие благозвучны. Когда мы видим святые иконы, наше сердце должно преизливаться от любви к Богу и святым, и нам следует падать пред ними, поклоняться им и лобызать их со многим благоговением. Если бы вы видели одного благоговейного старенького монаха из монастыря Филофей — отца Савву: со скольким же благоговением, с каким умилением и любовью он прикладывайся к иконе Пресвятой Богородицы «Сладкое Лобзание»! На этой иконе Божией Матери образовался даже бугорок, потому что отцы лобызали ее в одно и то же место.

    Тот образ, который пишется с благоговением, впитывает от благоговейного иконописца Благодать Божию и передаст людям вечное утешение. Иконописец «перерисовывает», переводит себя на ту икону которую он пишет, поэтому его душевное состояние имеет большое значение. Батюшка Тихон говорил мне: «Я, сынок, когда рисую плащаницы, пою «Благообразный Иосиф, с древа снем...» Он, не переставая, пел и плакал, и его слезы капали на икону. Такая икона совершает в мире вечную проповедь. Иконы проповедуют, и проповедуют веками. И когда кто-то, например человек, которому больно, бросает взгляд на икону Христа или Божией Матери, то получает утешение.

    Вся основа в благоговении. Кто-то лишь прикасается к стене, к которой была прислонена икона, и уже принимает Благодать, а кто-то может иметь самую лучшую икону, но не получать пользы, потому что у него нет благоговения. Один может получить пользу от обычного креста, а другой, не имея благоговения, не получит пользу от самого Животворящего Древа.

    В приношение Богу должно отдавать наиболее чистое

    Однажды здесь, в вашем храме, я пришел в смущение: увидел, что вы зажигаете на святом престоле вот такую маленькую свечечку Я у себя в церкви таких маленьких свечек не оставляю даже на подсвечнике перед иконостасом — считаю это пренебрежением.

    — Однако, Геронда, говорят, что свеча должна догорать до самого низа.

    Да, пусть догорает до низа, но имеет значение то, где она догорает. Одно дело, если она сгорает до низа на тех подсвечниках, где ставит свечи народ, и другое дело — на святом престоле или жертвеннике. Не годится зажигать в алтаре полусвечечки, это пренебрежение. И в паникадиле даже если свечи и дотянут до конца службы, все равно, если они очень маленькие, заменяйте их. И на входах Божественной литургии — малом и великом — всегда используйте большую свечу, потому что она символизирует Честного Предтечу. Кое-где для экономии даже лампады гасят, не понимая того, что, если благоговеть перед Богом, Он пошлет великие благословения. И на панихидах будет пренебрежением использовать тонюсенькие свечки, все равно что опущенные в воск нитки. Такие свечи и давать-то людям стыдно.

    — Геронда, а сестры в своих кельях пусть жгут свечи, сколько хотят?

    — Пусть жгут, чтобы и диавол сгорел. Тут вон весь мир полыхает. Только свечечка, которую они зажигают, должна быть со смыслом, то есть она должна сопровождаться молитвой.

    Великое дело - отдать себя Богу! Мы едим сладкие плоды, а смолу деревьев в кадиле приносим в жертву Богу.

    Вкушаем мед, а в жертву Богу приносим воск, но ведь и тот мы часто смешиваем с парафином! Одну-то лишь восковую свечу мы приносим Богу из благодарности за Его щедрые, богатодаянные благословения, так что же — смошенничаем и с ней? А если бы Бог хотел, чтобы мы приносили Ему мед? Представляю, что бы мы делали тогда! Мы приносили бы Ему в жертву или медовый сиропчик, или немножко водички с сахаром. Да не примет нас Бог всерьез! Экономить можно на всем, кроме служения Богу. Богу должно приносить самое чистое, самое лучшее.

    — А народ, геронда, не очень-то понимает, почему жечь парафиновые свечи — это неблагоговение.

    — А вы им скажите: «Жечь парафиновые свечи в храмах вредно для вашего здоровья». Тогда они маленько задумаются. А если храм еще и маленький, то с такими ненатуральными свечами можно задохнуться! Лучше возжечь одну маленькую свечечку, но из чистого воска, чем здоровенную свечу из парафина. Как раз от этого многие чувствуют себя дурно в храмах и падают в обморок. Маленький храмик - и полыхает весь этот парафин! Но если бы сше только это... Маслами, не годных»и в пишу, хотят наполнять лампадки. До чего же дошли люди! В Ветхом Завете говорится, что елей, который использовался в храме, должно было изготовлять из маслин, собранных с деревьев, а не из тех, что упали на землю. Что, Бог имеет нужду в масле и ладане? Нет, но (от этого)

    Он приходит в умиление, потому что это приношение, через которое выражается благодарность и любовь человека к Нему. На Синае на меня произвело впечатление вот что: бедуины не имеют, несчастные, ничего для приношения (Богу). И что же они делают: подбирают камушек, который чуть-чуть отличается от других — во-от такой малюсенький или, если найдут где-нибудь в расселине два-три листочка, кладут это па тот камень, в который Моисей ударил жезлом, и истекла вода, и оставляют свое приношение там. А матери, кормящие грудью, идут туда и выдавливают (на этот камень) несколько капель молока, помышляя: «Да даст мне Бог молоко для кормления моих детей». Посмотри только, какая у них благодарность (Богу)! Это ведь не пустяшное дело. А что творим мы? Эти люди будут судить нас. Они оставляют там, на камне, деревяшечки, листочки, камушки... Что, Богу все это нужно? Нет, не нужно, но Бог помогает, видя благое сердце, благое произволение.

    — Геронда, зажигая свечу, надо говорить, что она ставится ради такой-то цели?

    — Ты зажигаешь свечу — куда ты се посылаешь? Разве ты не посылаешь ее куда-то? Свечой мы что-то просим у Бога. Когда ты возжигаешь се и говоришь: «За тех, кто страдает телесно и душевно, и за тех, кому это нужно больше всего», — то среди этих людей есть и живые, и усопшие. Знаешь, какое упокоение испытывают усопшие, когда мы ставим за них свечу? Так мы находимся в духовной связи с живыми и усопшими. Одним словом, свечка — это «антенна», с помощью которой мы вступаем в контакт с Богом, с больными, с усопшими и так далее.

    — Геронда, а зачем мы кадим ладаном?

    — Мы возжигаем его для славословия Богу. Его мы славословим и благодарим за Его великие благодеяния во всем мире. Ладан это тоже приношение. И после того как мы, покадив иконы в храме, приносим его Богу и святым, мы кадим и людей — живые иконы Бога.

    В просьбе ли, в благодарении ли — прилагайте сердца. «Боже мой, всех» сердцем прошу, чтобы Ты оказал мне эту милость», — так я «говорю» свечой. А ладаном я взываю так:

    «Благодарю Тебя, Боже мой, всем сердцем моим за все Твои дары. Благодарю Тебя за то, что Ты прощаешь многие мои грехи, и всего мира неблагодарность, и собственную мою неблагодарность многую».

    Насколько можете, возделывайте (в себе) благоговение, скромность. Это поможет вам приять Благодать Божию. Потому что, имея благоговение, духовную скромность, человек, если он еще и смиренный, принимает Божестве иную Благодать. Если же в нем нет благоговения и смирения, то Благодать Божий не приближается к нему. В Священном Писании написано: «На кого воззрю, токмо на кроткого и молчаливого и трепещущего словес моих».

    Старец Паисий Святогорец

    Источник материала: журнал «Святой родник» № 1 (24), январь 2013

    В начало

     
    Rambler's Top100