Собрание древнерусской живописи. Шестой зал

Дата публикации или обновления 01.05.2017
  • К оглавлению: Музей-заповедник Ростовский Кремль
  • Шестой зал

    В шестом и последующих залах экспонируются произведения конца XVI — XIX веков. XVII столетие — это эпоха, завершающая историю древнерусского, условного искусства и открывающая новую ее страницу: искусства XVIII века, светского, реалистического. Изменения в русском искусстве происходили постепенно, еще с XVI века, и складывались они под влиянием меняющихся социальных и экономических условий жизни, все более настойчивого проникновения живописи из сферы духовной в повседневную жизнь народа, расширяющихся связей с Западом. Живопись частично утрачивает свою сугубо церковную символику, усложняется, приближается к реальной жизни. Художники смело изменяют традиционные композиции, вводя в них дополнительные персонажи, жанровые сцены, бытовые детали и многочисленные декоративные мотивы.

    Икона «Никола в житии» написана в конце XVI — начале XVII века. Подобное произведение экспонируется в четвертом зале, да и вообще в свое время изображений Николы существовало великое множество, поскольку он был особо чтимым святым у христиан средневековой Руси. Образ самого Николы на доске, как правило, сопровождался рассказом о его «деяниях» и «чудесах», совершенных им при жизни и после смерти.

    Здесь, кстати, на примере Николы уместно будет представить, как в православной церкви создавались образы святых. Если мы обратимся к «житию» Николы, написанному известным византийским писателем Симеоном Метафрастом, то увидим, что многие из его «деяний», изображенных в иконе, там отсутствуют. По «житию», Никола, архиепископ Мирликийский (город Мирры в Ликии), жил в IV веке. Позднее он был канонизирован, а биографию его церковники дополнили «чудесами» другого Николы — Пинарского (город Пинары в Ликии), жившего в VI веке. Таким образом, возник новый обобщенный образ святого, известного на Руси под именем Николы Чудотворца. На доске события из жизни святого размещены в двенадцати клеймах, обрамляющих средник с поясной фигурой Николы. Порядок и сюжеты клейм таковы: «Рождество Николы», «Крещение», «Обучение грамоте», «Поставление в епископы», «Явление Николы во сне царю Константину», «Явление Николы трем воеводам в темнице», «Избавление трех мужей от казни», «Явление Николы и апостола Симеона воеводе Петру в темнице», «Избавление трех мужей от потопа», «Избавление трех девиц от разврата», «Преставление Николы», «Перенесение мощей».

    Фигура Николы, строгая по своим очертаниям, смотрится красивым декоративным пятном на ярком золотом фоне. Лицо его исполнено мягкости и внутреннего спокойствия, обращенный как бы в себя взгляд полон созерцательной мудрости.

    Общее цветовое звучание иконы — теплое. Мягкие, сближенные цвета зеленой, коричневой и охристой краски разрежены местами белым, тоже теплого оттенка, цветом одежд и стен храмов. Расположение цветовых пятен тонко сгармонировано и уравновешено.

    Клейма икон до предела заполнены фигурами действующих лиц и деталями архитектурных сооружений. Фигуры красивы по рисунку, линии контуров округлы, движения персонажей изысканны и плавны. Они словно застыли в своем движении, подчеркивая ощущение вневременности и внепространственности происходящих событий, что характерно, в общем-то, для иконописи, как искусства символического. В живописном отношении, однако, клейма значительно уступают среднику. Фигуры в них изображены схематично. Живопись сводится к заливке фигур одним цветом с графической разделкой складок одежд тонкой черной линией. Рисунок здесь преобладает над живописью.

    Чудесный образ «Казанской Богоматери» создал в 1649 году (икона подписная) ростовский живописец Тимофей.

    О нем было уже сказано, когда речь шла о фресках. Этот мастер оставил заметный след в монументальном искусстве и Москвы, и Ростова. Икона его большая, фигуры Богоматери и младенца крупномасштабны. В соответствии с этим и краски разложены большими пятнами, измельченности нет и в помине, все монументально, осязаемо. При таком композиционном размахе поражает тонкое письмо ликов, нежнейшие цветовые переходы от темного санкиря к высветлениям на носу, щеках, подбородке, легкая подрумянка щек. Красиво произведение и по рисунку: уверенной рукой мастера тонко прорисованы верхние веки больших глаз Богоматери, формы удлиненного носа, небольших губ.

    В старых, добротных традициях написана икона «Первый Вселенский собор». На ней изображен церковный Собор, проходивший в Никее в 325 году. Композиция ее несколько напоминает «Покров Богоматери» из четвертого зала. Здесь также есть центральная фигура, только теперь это император, сидящий на троне, группы людей размещены в несколько ярусов слева и справа от центральной фигуры, события тоже развиваются на фоне архитектурного пейзажа.

    Фигуры на изобразительной плоскости расположены свободно, красиво, композиция уравновешена. Привлекает внимание яркая, праздничная цветовая гамма живописи. Краски произведения чистые, насыщенные. Очень красиво нарисованы фигуры и богатейший по фантастическим формам архитектурный фон.

    Две великолепные иконы Богоматери из этого зала находились когда-то в Успенском соборе Ростовского кремля. Это «Богоматерь Владимирская» и «Богоматерь Одигитрия», относящиеся к XVII веку. Письмо лиц и одежд на них мягкое, тонкое, прекрасен рисунок, однако изображения покрыты слоем потемневшей старой олифы, которая скрывает и искажает истинный цвет красок. Есть предположение, что живопись названных икон можно отнести к XVI веку, но окончательно об этом можно будет судить только после их реставрации.

    Обращают на себя внимание богатейшие по орнаменту, выполненные с большим техническим мастерством серебряные чеканные оклады, покрывающие эти две доски.

    Характерным примером иконописи XVII века могут служить иконы праздничного чина из церкви Иоанна Предтечи в Ростове. Иконы «Благовещение», «Рождество Богоматери», «Введение во храм», «Жены мироносицы» сложны по композиции, многофигурны, многословны, хотя в них много и традиционного: в цветовом решении композиций, в письме лиц, горок, архитектуры.

    В залах музея представлены и предметы ювелирного искусства XVII века. По своему назначению они самые разнообразные: напрестольные кресты, водосвятные чаши, потиры, кадила; исполнены они, как правило, из драгоценных металлов с большим вкусом и мастерством. Традиционные по назначению, они традиционны и по форме. Но в декоративную отделку церковной утвари XVII век внес свои коррективы: уплощенный декор ее с течением времени все более усложнялся и обогащался.

    Наиболее значительные в историческом и художественном отношении, изделия находятся в шестом зале.

    Золоченное кадило 1622 года примечательно своей формой: оно выполнено в виде одноглавого кубического храмика. Каждая стена его завершается тремя килевидными кокошниками. Над кровлей возвышается приземистый барабан с шлемовидной главкой. На стенах и барабане прорезаны прямоугольные окна. Весь корпус кадила покрыт растительным орнаментом, фон создает замечательную игру света на поверхности кадила.

    Как историческая реликвия ценен напрестольный крест 1623 года — вклад царя Михаила Федоровича и его отца патриарха Филарета в Успенский собор. Восьмиконечный крест обложен чеканным позолоченным серебром. В центре вычеканено каноническое распятие, по поверхности креста вьется растительный орнамент. По контуру крест обнизан жемчугом, в его корпус вставлено восемь мерцающих камней. На гладкой золоченной рукояти креста выгравирована вкладная надпись: «Божиею милостию повелением великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича... сделан сей крест в Ростов в соборную церковь Успения Б.М...» Декоративная обработка креста, сочетание гравировки, чеканки, камней, жемчуга их насыщенность и красота придают кресту богатый и неповторимый внешний облик.

    Интересны церковные сосуды — потиры и чаши, отличающиеся очень высоким уровнем художественной обработки драгоценных металлов. Среди них красотой форм и пропорций выделяется водосвятная чаша 1633 года — вклад в Успенский собор ростовского митрополита Варлаама. Ее достоинство не в обилии сложного орнамента, а в гармоничном сочетании гладкой поверхности чаши со скромной лентой гравированной вкладной надписи на тулове чаши и круглыми медальонами на поддоне. Слегка неровная фактура поверхности изделия — результат ковки мягкого серебра — придает ей особую скульптурную пластичность.

    При той эволюции лицевого шитья, которую мы отметили во втором зале, отдельные произведения этого искусства стоят на очень высоком уровне художественного исполнения, примером чему может служить плащаница 1633 года — еще один вклад митрополита Варлаама в Успенский собор. На плащанице изображен традиционный, канонический сюжет положения во гроб Иисуса Христа и его оплакивание. К телу Христа припадают Богоматерь, Мария Магдалина, Иоанн, Иосиф, Никифор. Фигуры их несколько коротковаты по пропорциям, но зато умело передано чувство скорби, охватившее приближенных Христа. Это проявляется в выражении лиц персонажей и особенно в сгорбленной фигуре Иоанна, целующего руку Христа. Примечательно, что в этой плащанице центральная композиция обогащается маленькими картинками на сюжеты из жизни Христа. По сторонам плащаницы размещено шесть наиболее драматичных моментов: «Снятие с креста», «Преображение», «Сошествие в ад» и другие. По углам плащаницы помещены изображения четырех евангелистов.

    Не броская, на первый взгляд, по цвету плащаница при ближайшем рассмотрении оказывается богатой нежнейшими сочетаниями розовых, малиновых, золотистых переливающихся краской шелков. Неповторимый, тонкий колорит плащаницы ставит ее в ряд лучших произведений лицевого шитья музея.

    Далее: Собрание древнерусской живописи. Седьмой зал
    В начало



    Как вылечить псориаз, витилиго, нейродермит, экзему, остановить выпадение волос