Стихотворное повествование

о явлении иконы

«Избавительница от бед»

Дата публикации или обновления 01.11.2016
  • Чудотворные иконы Пресвятой Богородицы - оглавление.
  • К оглавлению: «Избавительница от бед» чудотворная икона Божией Матери.
  • «Избавительница от бед»
    чудотворная икона Божией Матери.
    Стихотворное повествование о чудесном явлении иконы Божией Матери «Избавительница от бед».
    Окончание.


    Часть 3

    Ночь звездная тихо, спокойно прошла,

    Знакомые хаты дымились...

    Казалось, от сна пробудилась Ташла,

    Но жители спать не ложились.


    Чудесное утро румянит стекло.

    Прозрачна оконная рама.

    День новый с рассветом встречает село

    Под благовест сельского храма.


    А в храме теперь Литургия идет.

    Отец Алексий на амвоне.

    И вновь поклоненья приносит народ

    Чудесной явленной иконе.


    В огнях лучезарных, в кадильном дыму

    Всем в храме тот образ открылся.

    Всевышнему Богу - Творцу своему

    С усердием каждый молился...


    Путь страждущим людям, в желаньях Благих

    Икона святая открыла

    И в вере горячей в молитвах святых

    Их к горнему мысли сводила.


    А после молебен отец Алексий

    В тот час отслужить постарался

    И тут же, не медля, по службе своей

    Обратно в Мусорку собрался.


    И только под проводы близких людей

    За ближние пашни отъехал,

    В Ташлу из Самары к усадьбе своей

    Свой местный священник явился.


    И пастырь Митекин о чуде узнал,

    Молва проходила в народе...

    С ним встретившись, старец о всем рассказал

    За версту к Ташле на подходе.


    И отче Димитрий, немедля, решил

    Иконе святой поклониться...

    И к всенощной службе прибыть поспешил,

    С народом пришел помолиться.


    Торжественно в храме сияли огни,

    Как вешние зори пылали!

    Под древними сводами все эти дни

    Молитвы людей не смолкали.


    До позднего часа молился народ.

    Внимало все - Вышнему Богу!

    Святые глаголы туда, в небосвод,

    К Небесному плыли чертогу.


    А властная ночь опускалась в поля,

    Глухие овраги дремали...

    Покоем дышала святая земля,

    Да звездочки в небе мерцали...


    Час нового утра прохладу струит,

    Заря снова краски бросает.

    Храм вновь ослепительным светом залит,

    В храм снова народ прибывает.


    А благовест вновь над полями плывет!

    Волнуют сердца перезвоны...

    Вновь в храме Святом Литургия идет

    В честь славной явленной иконы.


    И молятся люди, в молитвах святых

    Хвалу Богу щедро возносят.

    И в радости слезной, и в чувствах благих

    Творцу благодарность приносят.


    Но вот Литургия к концу подошла,

    Обедня уже на исходе.

    Слезами и сердцем молилась

    Ташла - Великая радость в народе.


    И тут же в овраг крестным ходом пошли

    Отправить молебен хвалебный,

    Иконы с хоругвями дружно несли,

    Все шли на источник целебный.


    Вдоль улицы сельской рассыпался люд

    От храма к оврагу глухому.

    И люди в Ташлу все идут и идут...

    Поклонники месту святому.


    А вот и овраги: трясина, тальник.

    Молебен здесь начался вскоре.

    Целительной влагой сверкает родник.

    Народа - бескрайнее море!


    А храм перезвоном поля оглашал,

    Церковное пенье, поклоны...

    Здесь пастырь Димитрий молебен свершал

    В честь славной явленной иконы.


    И люди, встречая грядущаго день,

    Святыне в слезах поклонялись.

    Сюда беспрерывно из сел, деревень

    Народные толпы стекались.


    В оврагах глухих здесь на месте святом

    Часовенка мирно стояла.

    Святая вода на источнике том

    Недуги больных исцеляла...


    Здесь множество было увечных, слепых,

    Глухих, бесноватых, болящих.

    И много тогда исцелялось больных,

    По вере сюда Приходящих.


    Дни снова за днями текли чередой,

    Вечерние зори бледнели.

    Теперь уж поля не искрились росой,

    Дожди в них да ветры шумели:


    А дни все текли, обнажались леса,

    Туманились серые дали.

    Умолкли грачей на полях голоса.

    Дни снова короткими стали.


    Декабрьские ветры просторы полей

    Снегами теперь заносили...

    Но непогодь злая и стужа людей

    Ташлу посетить не страшила.


    По-прежнему вновь в многолюдье приход

    Под своды святые стекался...

    С отрадой душевной ташлинский народ

    Иконе святой поклонялся!


    Но радости той наречен был предел

    Прошла словно сон, словно грезы.

    Та воля святая - скорбящих удел,

    Народу - терпенье и слезы.


    Утратой великой объята Ташла!

    Нежданное чудо открылось...

    «Святая» икона из храма ушла,

    Так волею Свыше свершилось...


    Воскресное утро: вдоль сонных дворов,

    Чуть только рассвет занимался,

    В храм сторож церковный - Ефим Куликов

    В то время тропой пробирался.


    И вдруг он увидел, замедлив свой шаг,

    Как молния будто блеснула.

    По мрачному своду от храма в овраг

    В мгновение ока скользнула...


    «Что б значило это», - помыслил старик,

    Сняв шапку, чело осеняя...

    И... снова в бугор подался напрямик,

    На палку в пути припадая.


    Всех раньше и сторож, и пастырь пришли

    В тот час поклониться святыне,

    Но в храме иконы святой не нашли,

    Преданьем осталось доныне...


    Что видел Ефим, все поведал сполна,

    Крестясь, молвил: «Воля Святая»...

    «Молитва, знать, наша была не сильна»,

    Добавил, слезу утирая...


    В то раннее утро тревожен был звон...

    Здесь каждый слезами молился...

    Поистине - это великий урон

    Для люда в Ташле совершился.


    И снова источник свидетелем был

    Горячих, усердных молений...

    Здесь пастырь Димитрий молебен служил

    На ниве людских исцелений.


    Слеза о Явленной дрожала не раз.

    Мысль: «С Нею быть!» - снова рождалась,

    Но тщетны надежды те были сейчас,

    Народу Она не являлась...


    Икона ушла! По окрестным местам

    И селам молва прокатилась...

    Великая скорбь в этом людям была

    И камнем на сердце ложилась.


    И новое утро Мусорка село

    Под звон колокольный встречала.

    Чуть легкий морозец узорил стекло

    Да теплясь, лампада мерцала.


    В том сумраке сером молитвы покой

    Убогая келья хранила.

    Хозяйка ее в той молитве живой

    Всю радость души ощутила.


    Свет утра еще не прояснил окна,

    Но стрелка к восьми приближалась.

    Атякшева Феня сегодня одна

    Молиться в свой храм собиралась.


    А Катя еще накануне ушла

    К Явленной в Ташлу на поклоны

    И там же узнала, что в скорби Ташла,

    Что в храме не стало иконы...


    А Феня с соседкою в храме своем

    Об этом лишь утром узнали

    И после обедни с ней вместе, вдвоем,

    Немедля в Ташлу пошагали.


    С дороги не близкой еще до села

    Был звон колокольный услышан.

    Дымком с горизонтом курилась Ташла,

    А вот показались и крыши.


    Дома и усадьбы простерлись в поля,

    Сады окружали строенья...

    А вот и овраги - святая земля,

    Родное ей с детства селенье.


    В скорби непрестанной текли эти дни

    Теперь дни не знавшей отрады.

    Здесь с Катей в Ташле повстречались они

    У самой церковной ограды.


    И здесь же пред храмом, покорны слезам,

    Поплакали и потужили...

    И тут же они, помолившись на храм,

    В овраги пойти поспешили.


    За ними народ потянулся гурьбой.

    О чуде Господь возвещает!

    «Смотри же, смотри: над часовней святой

    Как ярко Икона сияет!» -


    Воскликнула Катя, и взоры людей

    К часовне в тот миг устремились...

    И снова виденье открылось лишь ей,

    Кто был здесь - все слезно молились...


    В село от народа умчался гонец

    Вновь звон по полям разносился...

    Под благовест храма духовный отец

    Молебен служить торопился.


    Сюда же и староста храма прибыл,

    Свой круг подопечных возглавил,

    С приходом он двери часовни открыл,

    Ключи от колодца доставил.


    Когда крестный ход опускался в овраг,

    Творила колодца открыли,

    И первым в часовню был Пастыря шаг,

    Молебен Явленной служили.


    Тепло, не морозно, кружил ея снежок,

    Погода молитвам служила...

    В колодце часовни подтаял ледок,

    Водичка святая рябила...


    И тут вот тогда, к изумленью людей,

    Всем новое чудо открылось:

    Святая икона здесь в славе своей

    В источнике дивном явилась.


    Сам пастырь Димитрий икону ловил,

    Но тщетно, она не давалась.

    Тот случай прискорбный всем видевшим был,

    В колодце она оставалась.


    Он вспомнил себя в маловерье тогда

    Великое Бога внушенье.

    Черствела душа для святого труда.

    Он понял свое нераденье...


    Как мытарь из притчи, он бил себя в грудь,

    Он каялся, слезно молился...

    И здесь маловерия пагубный путь

    Во всем всенародно открылся.


    Ташлинская старица после еще

    Икону взять также хотела...

    Но Воля святая к затее ее

    И... старица взять не сумела.


    Икона не всем и не сразу далась:

    Всплыла и опять ускользнула...

    Лишь Паша - вдовица, неспешно крестясь,

    Икону тогда почерпнула.


    О дивно! О чудно! - великий восторг!

    Канон Бога Мати пропели.

    Никто удержаться слезами не мог,

    Так дружно, так сладостно пели.


    Под крик бесноватых, их вопли и вой

    Ход крестный в село возвращался.

    Здесь каждый по вере иконой святой

    В недуге своем исцелялся.


    Вновь в Храме Святом благодарственный глас

    К Чертогу, к Творцу возносился...

    Был каждому дорог тот радостный час,

    Здесь каждый слезами молился...


    Любовь безграничную страждущий люд

    Питает к Царице Небесной.

    В Ташлу и теперь богомольцы идут

    Дорогой духовной, чудесной.

    Далее: Из архивов уполномоченных по делам Русской Православной Церкви Куйбышевской области
    В начало

     
    Rambler's Top100