Сельский храм

Дата публикации или обновления 01.11.2016
  • Чудотворные иконы Пресвятой Богородицы - оглавление.
  • К оглавлению: «Избавительница от бед» чудотворная икона Божией Матери.
  • «Избавительница от бед»
    чудотворная икона Божией Матери.
    Сельский храм. Один день в Свято-Троицком храме села Ташла.

    Двадцать второго марта 2002 года, пятница первой недели Великого поста. Еще нет семи часов утра, в Троицкой церкви села Ташла полутемно, но узкие высокие окна в решетках быстро светлеют.

    Несколько женских фигур в черных монашеских одеждах не спеша прикладываются к иконам, обходя весь храм и перед каждой иконой падая в земных поклонах. Монахиня тщательно подметает веником пол, этот ритмичный скрипящий звук прутьев веника вносит что-то уютно-домашнее в торжественную обстановку храма, как и шум закипающего чайника на столе у свечного ящика. Приходящие, в большинстве пожилые женщины, раздеваются у входа, вешают свою одежку на вешалку и спешат приложиться к иконам.

    Зажигают сине-белые лампады у чудотворной иконы Богородицы «Избавительница от бед» -три на большом подсвечнике перед ней и семь лампадок, висящих в ряд у самой иконы. Чудотворная икона, которую легко, чуть касаясь, держат в руках принесшие ее в Ташлу Ангелы, засияла ярким теплым светом. В восьмом часу приходит батюшка - протоиерей Николай Винокуров. «Батюшка пришел!» - раздается отовсюду. Все оставляют свои дела и выстраиваются в два длинных ряда - за благословением. Отец Николай по очереди всех благословляет и входит в алтарь. Очень скоро начинают читать часы, священник выходит и кадит церковь, неспешно обходя ее всю, прихожане встают в шеренгу то с правой, то с левой стороны, наклонив головы. Отец Николай не размахивает кадилом, а чуть-чуть покачивает им, но когда он подходит к нам, благовонный дым ладана накрывает на удивление мощной волной, вызывая ответную душевную волну: «Господи, слава Тебе!».

    «Господи, услыши молитву мою»,-чуть монотонно звучит голос псаломщицы, и птицы за окном, словно ждавшие этих слов, начинают чирикать, вплетая свои звонкие птичьи голоса в славословие Богу. Как чудно стоять и молиться возле чудотворной иконы! От нее ощутимо исходит тепло, оно согревает и растапливает огрубевшее, обледеневшее в миру сердце, и сердце плачет покаянными слезами, слезы капают на пол. Спасительные слезы! Это тает лед, которым обросло закосневшее в грехах сердце. В храме тихо, время от времени слышно только, как скрипит входная дверь и пол под ногами вновь пришедших. Все стоят неподвижно, сосредоточенно молятся, крестятся по-монашески редко, степенно.

    Множество свечей на подсвечниках жарко горят драгоценным золотым огнем - огнем, который дороже всякого золота. Этот храм, кажется, вот-вот оторвется от земли и взлетит в небо. Среди тихо молящихся людей, одетых по-постному во все черное, и монахинь, и мирян, сама себе кажешься слишком вещественной, плотяной.

    Служба служится по-монастырски: с семи утра - и заканчивается только во втором часу дня. Здесь, в Ташле, и постятся, и молятся по-настоящему, не давая себе никаких поблажек. Первая неделя поста - для усиленного покаяния, она соблюдается особенно строго. Никаких мирских дел и забот, все суетное уходит куда-то далеко, в сторону, его избегают. Всю неделю трапеза некоторых монашествующих из общины при храме ежедневно состояла из одной просфорки и стакана воды вечером. Почти весь день все проводят в храме в молитве, но это не отменяет обычных послушаний. Физических сил, казалось бы, уже не остается, но Господь подкрепляет и дает силы в ответ на горячую молитву.

    После долгой службы никто не расходится. Монахиня раздает кусочки антидора. Отец Николай начинает служить молебен святому великомученику Феодору Тирону, освящает коливо. Его сварила накануне вечером матушка Глафира и принесла сегодня в храм. Два ведра и два таза с коливом - темно-янтарная пшеница, белый рис, смешанные с медом, - поставили в центре перед аналоем с иконой Христа. Сверху по коливу любовно выложены большие кресты из изюма.

    После молебна за коливом выстраивается очередь, все уносят из храма с собой белые бумажные пакетики с горсткой колива - немного разговеться после строгой первой недели Великого поста. Коливо пятницы первой недели поста положат в холодное место и будут подкреплять им силы весь пост - несколькими зернышками, утром после вкушения просфоры.

    До пяти вечера матушка Глафира успевает переделать самые неотложные дела и прилечь отдохнуть на пятнадцать минут. А уже в пять начинается вечерняя служба. Народу очень много. Все знают, что будет исповедь накануне субботнего Причащения. В храм приходят не только ташлинские - собираются из многих окрестных деревнь, это Мусорки, Пискалы, Еремкино, Узюково, Бинарадка. Во многих из них открыли свои церкви, ходить оттуда стали поменьше, но все равно ходят в Ташлу. Многие из них еще ходили сюда на источник, когда храм был закрыт. Все знакомы, радостно приветствуют друг друга. Некоторые бабушки еле дошли с палочками, кого-то привели подруги под руки,но все верующие,кто мог, собрались сегодня здесь.

    Текст общей исповеди отец Николай читает по книге - долго-долго. Это очень подробная исповедь, с перечнем множества грехов, больших и мелких, и как же их много, как многообразен грех, мы грешим и падаем на каждом шагу. Это открывается именно при такой подробнейшей исповеди, она словно разворачивает перед внутренним взором всю твою жизнь, во всех ее частностях и подробностях.

    Грешны мы, прости нас, Милосердный Господи! Всю эту вечернюю службу почти до одиннадцати ночи, со многими земными поклонами, отец Николай и служил, и принимал исповедников. Они поднимались на солею и, поклонившись народу становились на колени у аналоя с крестом и Евангелием, исповедуя батюшке свои грехи. Этому потоку людей, казалось, не будет конца. Очень много исповедников было в этот день в ташлинской церкви Пресвятой Троицы! Великий пост дан нам Богом как великая помощь и милость - это время для очищения души. Господи, прости нас!


    Людмила Белкина.

    Далее: Ташла — веселое село!
    В начало

    Купить книги оптом или мелким оптом
     
    Rambler's Top100