100 лет преставления

Николая Японского

Дата публикации или обновления 01.11.2016
  • К оглавлению: жития святых
  • 3 (16) февраля 2012 года исполняется 100 лет со дня преставления равноапостольного Николая, архиепископа Японского (ум. 1912).

    Равноапостольный Николай, архиепископ Японский. Икона 70-х годов XX века.
    Равноапостольный Николай, архиепископ Японский. Икона 70-х годов XX века.

    Святой равноапостольный Николай, архиепископ Японский, в миру Иван Дмитриевич Касаткин, родился 1 августа 1836 года в Березовском погосте Вельского уезда Смоленской губернии, где отец его, Дмитрий Иванович, служил диаконом. Когда младенцу было пять лет, умерла его мать, Ксения Алексеевна. Многодетная семья диакона была очень бедной, и все же Ваня был отдан учиться в Вельское духовное училище, а затем в Смоленскую духовную семинарию.

    По окончании семинарии Иван Дмитриевич Касаткин в числе лучших воспитанников был направлен в Санкт-Петербургскую духовную академию, где он учился до 1860 года, проявляя недюжинные способности.

    Предполагалось, что молодой человек останется при академии для подготовки к профессорской деятельности, однако решение отправиться в Японию совершенно изменило его судьбу. Оно было принято совершенно неожиданно. По свидетельству самого святителя Николая, ему до того времени никогда и в голову не приходила мысль о монашестве. Приглашение отправиться в Японию в качестве настоятеля посольской церкви в Хакодате сначала не произвело на него никакого впечатления. Но во время богослужения он вдруг решил, что должен ехать в Японию. Вернувшись со всенощной, он в глубоком волнении направился к преосвященному Нектарию и заявил ему о своем желании ехать в Японию, но не женатым священником, а монахом.

    В июне 1860 года в академическом храме Двенадцати апостолов епископ Нектарий совершил постриг Иоанна Касаткина с наречением ему имени Николай.

    В день памяти первоверховных апостолов Петра и Павла инок Николай был посвящен во иеродиакона, а на следующий день, когда праздновался Собор двенадцати апостолов (престольный праздник академического храма), - в сан иеромонаха.

    Знаменательным было напутствие епископом молодого инока: «Не в монастыре ты должен совершать течение подвижнической жизни. Тебе должно оставить самую Родину, идти на служение Господу в страну далекую и неверную. С крестом подвижника ты должен взять посох странника, вместе с подвигом монашества тебе предлежат труды апостольские!»

    Проведя три дня в деревне со своими родными, простившись с ними, в июле 1860 года иеромонах Николай выехал на место служения в город Хакодате. С собою он взял Смоленскую икону Божией Матери, которую хранил всю жизнь.

    Дорога в Японию была долгой и трудной. Зиму иеромонах Николай провел в Николаевске-на-Амуре. Здесь он встретился со знаменитым святителем Церкви Русской - апостолом Америки и Сибири, архиепископом Камчатским, Курильским и Алеутским (впоследствии митрополитом Московским) Иннокентием (Вениаминовым).

    Последний благословил его на предстоящие труды и посоветовал заняться изучением японского языка. Видя бедное одеяние иеромонаха, владыка Иннокентий купил хороший бархат и сам выкроил новую рясу для отца Николая, возложил на него наперсный бронзовый крест, полученный за участие в Крымской кампании.

    После почти годового путешествия, в июне 1861 года, иеромонах Николай прибыл в японский порт Хакодате.

    Сначала проповедь Евангелия в Японии казалась совершенно немыслимой. По словам самого отца Николая, «тогдашние японцы смотрели на иностранцев как на зверей, а на христианство как на злодейскую церковь, к которой могут принадлежать только отъявленные злодеи и чародеи». Восемь лет ушло на то, чтобы изучить страну: народ, язык, нравы и обычаи тех, среди кого предстояло проповедовать. Иеромонах Николай, посещая народные собрания, слушал приезжих рассказчиков и буддийских проповедников.

    К 1868 году отец Николай уже бегло говорил по-японски. Историю Японии он знал лучше многих японцев. В то же время отец Николай изучил и английский язык, который становился международным. К тому времени паства отца Николая насчитывала уже около 20 японцев, в их числе были и женщины. В конце 1869 года иеромонах Николай (Касаткин) приехал в Петербург и сделал в Синоде доклад о результатах своей работы.

    По ходатайству иеромонаха Николая перед Святейшим Синодом было принято решение: «Образовать для проповеди между японскими язычниками слова Божия особую Российскую Духовную Миссию». Отец Николай был возведен в сан архимандрита и назначен начальником этой Миссии. По возвращении в Японию будущий святитель передал Хакодатскую паству своему новому сподвижнику иеромонаху Анатолию, а сам перенес центр Миссии в Токио. Миссионерские станы располагались уже в четырех городах: Токио, Киото, Нагасаки и Хакодате.

    В 1871 году в стране началось гонение на христиан, многие из них были подвергнуты преследованиям (в том числе знаменитый впоследствии священник-миссионер Павел Савабе, первый православный японец).

    Освобождение Савабе и других арестованных катехизаторов стало возможным только после обращения архимандрита Николая к высокопоставленным чиновникам.

    В начале 1873 года вышел указ, отменяющий антихристианские законы. Гонения уменьшились, и появилась возможность свободной проповеди христианства. В том же году архимандрит Николай приступил к строительству в Токио церкви и школы на 50 человек, а затем - духовного училища, которое в 1878 году было преобразовано в семинарию. Преподавание велось на японском языке, однако при этом обращалось особое внимание на изучение русского языка. Сам отец Николай в течение многих лет преподавал в семинарии догматическое богословие и всеобщую гражданскую историю.

    В 1875 году в Токио прибыл преосвященный Павел, епископ Камчатский, чтобы рукоположить в священный сан рекомендуемых архимандритом Николаем кандидатов из местного населения. Бывший жрец Павел Савабе стал первым православным священником. Церковь продолжала расти. К этому времени при Миссии в Токио действовали четыре училища; катехизаторское, семинарское, женское, причетническое, - а в Хакодате два училища - для мальчиков и для девочек. Во второй половине 1877 года Миссией стал регулярно издаваться журнал «Церковный вестник». К 1878 году в Японии насчитывалось уже 4115 христиан, существовали многочисленные христианские общины. Среди японцев было уже 6 священников, 27 катехизаторов и 50 катехизаторских помощников. Богослужение в общинах и преподавание проводилось на родном языке. Началось издание книг духовно-нравственного содержания.

    В 1880 году Святейший Синод принял решение о расширении штата Миссии и о возведении ее начальника, архимандрита Николая, в сан епископа.

    30 марта 1880 года в Троицком соборе Александро-Невской Лавры состоялась хиротония архимандрита Николая во епископа Токийского. Позже святитель писал: «Во время совершения таинства хиротонии чувства, кажется, без воли человека одолевают его, глаза делаются влажными, душа смущается. Все существо под влиянием десниц иерархов чувствует претворение. Встаешь совершенно иным, чем опускаешься на колени перед престолом».

    Вернувшись в Японию, епископ Николай с еще большим усердием продолжил свои апостольские труды. Он завершил строительство собора Воскресения Христова в Токио. Когда японцы спрашивали православного епископа, зачем он построил такой огромный храм, владыка Николай отвечал, что собор кажется велик сейчас, а пройдет 200 лет - и он будет мал. Также епископ Николай принялся за новый перевод богослужебных книг, составил на японском языке Православный богословский словарь.

    Владыка всегда вставал в пять часов утра. В шесть к нему являлся с докладом секретарь. В семь часов начиналась общая утренняя молитва для учеников катехизаторской и певческой школ. Затем до двенадцати часов епископ Николай читал лекции по богословским предметам в семинарии и катехизаторской школе. С часа до половины пятого занимался административными делами: прочитывал каждое поступившее к нему письмо, диктовал ответы секретарю, принимал с докладами, редактировал материалы для печати. Помимо этого он успевал просматривать японские газеты и журналы. В шесть вечера начинался его «второй рабочий день», всецело посвященный переводу Священного Писания и богослужебных книг. В течение 30 лет ровно в шесть в келью владыки входил его постоянный сотрудник по переводам, прекрасно образованный православный японец, садился на низенький табурет рядом с епископом и начинал писать под его диктовку. Впоследствии епископ Николай напишет, что в переводческих трудах «заключается вся суть миссийского дела».

    Очень большое значение епископ Николай уделял посещению церквей и православных общин. По городу он обычно ходил пешком, во время же объездов епархии ездил в тележках или верхом. О торжественных и богатых выездах никогда не было и речи. Его посещения общин для всех были праздником. Епископ Николай посещал дома христиан, наставлял и утешал своих чад. Он никогда не оскорблял религиозные чувства японцев, никогда не порицал последователей буддизма, и потому даже среди бонз у него было немало друзей. Тяжелые испытания выпали на долю святителя Николая и его паствы в период Русско-японской войны 1905 года.

    Он с честью перенес их, чем поразил японцев. Епископ Николай нашел возможность помочь русским военнопленным в их тяжелом положении. За эти подвижнические труды он был удостоен возведения в сан архиепископа.

    В 1911 году исполнилось полвека с того дня, как молодой иеромонах Николай впервые ступил на японскую землю. К этой юбилейной дате существовало уже 266 общин Японской Православной Церкви, в состав которых входило 33017 православных мирян, 1 архиепископ, 1 епископ, 35 иереев, 6 диаконов, 14 учителей пения, 116 проповедников-катехизаторов.

    Сам святитель всей своей жизнью являл пример истинного духовного руководителя, всецело преданного своему служению. Это был человек неистощимой энергии, единой целенаправленности и пламенного трудолюбия. Он говорил: «На покой миссионеру, когда у него есть хоть капля силы служить своему делу, -это для меня представляется несообразным, так что я и в мечтах никогда не пытался примеривать покойный халат. Хочется умереть на той борозде, где Промысл Божий судил и пахать, и сеять». В этих словах - вся его человеческая натура. В личной жизни святитель был подвижнически прост. Он не налагал на себя особых подвигов, но отдавал Господу всю свою душу. На его пути были искушения и самовластия, и самооценки, и усталость, и старческая немощь. Но святитель своей жизнью явил всему миру глубокий опыт преодоления этих искушений, воплощая в жизни заповеди Иисуса Христа.

    3 февраля 1912 года, на 76-м году жизни, просветитель Японии архиепископ Николай мирно отошел ко Господу. Святитель был похоронен в Токио, на кладбище Янака. Десятки тысяч японцев - христиан и язычников - провожали его, а перед гробом несли Смоленскую икону Божией Матери «Одигитрия», которую он благоговейно хранил всю жизнь и которая при жизни и кончине была для него благословением Родины.

    Имя святителя знала и почитала вся Япония. Даже через 58 лет после его кончины, во время его канонизации, когда верующие хотели перенести его святые мощи с кладбища в собор, им этого не разрешили, сказав, что святой Николай принадлежит всему японскому народу, независимо от вероисповедания, и останки его должны остаться на народном кладбище. Священный Синод Русской Православной Церкви во главе с Патриархом Московским и всея Руси Алексием II 10 апреля 1970 года принял решение о прославлении архиепископа Николая (Касаткина) в лике святых, с именованием - равноапостольный. В Японии святитель Николай до сего времени почитается как великий праведник и особый молитвенный предстатель пред Господом.

    В начало

     
    Rambler's Top100