Свято-Введенский Толгский монастырь

Дата публикации или обновления 01.02.2016

Свято-Введенский Толгский женский монастырь.

Адрес Свято-Введенского Толгского женского монастыря: 150034, г. Ярославль, пос. Толга, 1, Толгский монастырь.
Телефон Свято-Введенского Толгского женского монастыря: (4852) 38-55-65.
Как проехать к Свято-Введенскому Толгскому женскому монастырю.
Как доехать до Свято-Введенского Толгского монастыря в Ярославле: от остановки «Красная площадь» до Толгского монастыря на автобусном маршруте № 34; от железнодорожного вокзала г. Ярославля на маршрутном такси № 93 Г до остановки «Улица Железнодорожная села Толгоболь». Далее пешком до монастыря около 2 км; от железнодорожного вокзала г. Ярославля на троллейбусе № 1 до остановки «Красная площадь», перейти на другую остановку на автобусный маршрут № 21, № 21к, № 34 или на маршрутное такси № 93 до остановки «Улица Железнодорожная села Толгоболь». Далее пешком до монастыря около 2 км;
Как доехать до Свято-Введенского Толгского монастыря из Москвы: от Ярославского вокзала г. Москва (ст. м. «Комсомольская») до Ярославля в дневное время можно добраться на поездах дальнего следования Ярославского направления, расписание см. на вокзале; от Центрального Автовокзала г. Москвы (ст. м. «Щелковская») на автобусе Москва — Ярославль.
Сайт Свято-Введенского Толгского монастыря: http://montolga.ru

Взоры путешественников по Волге невольно приковывает к себе белокаменный красавец-монастырь, расположенный на левом ее берегу, недалеко от древнего города Ярославля. История основания монастыря переносит нас в далекое прошлое, во времена господства в России татар.

Постоянные междоусобия князей, при которых беспрерывно лилась русская кровь и слабела русская мощь, были причиной того, что над Русью, и в частности над Ярославлем, тяжелым, трудно вообразимым теперь гнетом, на долгие времена легло владычество татар. Громадные полчища кочевников бродили по русской земле, предавая все огню и мечу. Молчаливая северная летопись редко пускается в подробности, зато на страницах ее слишком часто встречаемся с краткими, но зловещими отметками, в роде, например, того: «и бысть лютое томление», или «пагубу великую (татары) творяху людем»; изредка прорывается вопль негодования, за которым чувствуются страшные, дикие сцены, как например, под 1283 годом: «бе же видети стыдно и вельми страшно ругание от окаянных православному христианству и хлеб нейдяше во уста от страха».

Кроме физических и нравственных мук, жестокое иго татар причиняло русским и громадный духовный вред. Вечный страх воспитывал физического и духовного раба, вечная кровь ожесточала и очерствляла людей. В виду общего позора и гибели пропадала вера и надежда, сменяясь чувством равнодушия или отчаяния. Русский человек мог окончательно огрубеть при вечном виде крови и пожара, мог выродиться духовно, забыть свою честь под татарским гнетом, если бы не оставалось у него сокровища, которое передать врагу он не мог ни за деньги, ни за муки, обладание которым спасало его от нравственной смерти, это - вера его предков, которую он хранил, как единственное наследство, которая ставила непроходимую пропасть между ним, побежденным рабом, и его победителем «поганым татарином, окаянным сыроядцем». «Пресвятая Госпоже Богородице, - в вопле отчаяния взывали тогда русские люди, - Ты избавила род христианский от адова мучительства и ныне избави нас от нахождения поганых и злаго и нечестиваго пленения и посечения!»

При таких обстоятельствах совершилось радостнейшее событие для измученных физически и нравственно, живущих в вечном страхе и печали жителей страны Ярославской. В августе 1314 года при владетельном Ярославском святом благоверном князе Давиде Феодоровиче, в дремучем лесу, среди ночной августовской тьмы, засиял, озаряющий всю прилегавшую страну, свет от новоявленной иконы Пресвятой Богородицы, вливавший живительный бальзам веры и упования в исстрадавшееся сердце человека, придававший ему новые силы для перенесения новых страданий. По этому случаю и на том святом месте, избранном Самой Божией Матерью и была основана монашеская обитель. Вот как произошло это замечательное в истории нашей Церкви и приснопамятное в истории Ярославского края событие.

Ростовский епископ Трифон (до пострижения в схиму Прохор), объезжая владения своей обширной епархии и утверждая людей в вере и благочестии, возвращался рекою Волгою в Ярославль из Белозерской страны. Застигнутый поздним вечером в пути, 7 августа, он, вместе с бывшими при нем священниками и клириками остановился ночевать на правом берегу Волги в 8 верстах от Ярославля. Место это было тогда необитаемое, а против него, на другой стороне Волги рос большой дремучий лес. В полночь, святитель, пробудившись от сна, видит в шатре своем свет, проникавший в него отвне. Обратившись же к реке, он увидел на противоположном берегу неизъяснимо сияющий огненный столп и до того столпа через реку мост. С ужасом удивляется святитель такому видению. Помолившись Богу и взявши свой жезл, идет он к реке, никого не разбудив из своих спутников, входит на зримый мост, шествует по воде, как по действительному мосту, подходит к огненному столпу и посреди его видит Образ Божией Матери с Предвечным на руках Ее Младенцем, стоящий на воздухе, в возвышении от земли более пяти лактей. Святитель повергается перед Образом и молится Царице Небесной с сердечным умилением и слезами. Помолившись же возвращается по тому же мосту в свой ночлег, оставив по забвению свой жезл на месте моления, входя в шатер всех находит спящими, и сам предается покою, смиренно желая утаить бывшее ему дивное явление. Утром же 8 августа, вставши от сна и совершив обычные молитвы, спутники святителя заметили странное исчезновение архиерейского посоха, который вчера был поставлен у изголовья архиерейского ложа, и доложили о том святителю. Уразумев из сего, что Богу угодно, чтобы виденное им чудо было открыто, епископ Трифон показывает перстом за Волгу, не будучи в состоянии ничего выразить словами от сердечного умиления и слез. Потом, несколько успокоившись, он пересказал по порядку все, что видел за Волгой и как там был. Слуги, переехав Волгу, стали искать жезл и обрели икону Пресвятой Богородицы в лесу, стоящую уже не на воздухе, но на земле между деревьями, и близ нее жезл своего архипастыря. На месте явления Чудотворного Образа сам святитель «нача своима рукама сещи лес и очищати место оное и готовити древа на церковь малу…». В это время весть о чудном явлении Образа Божией Матери доходит до Ярославля. Мгновенно стекается сюда множество народа разного звания, возраста, пола и состояния, приходят здоровые и больные, и все, увидевши Образ, радуются радостью великою и помогают святителю Трифону в строении церкви. Молитвами Пресвятой Богородицы и помощью народа церковь к полудню отстраивается, а к вечеру святитель освящает ее во имя Входа во храм Пресвятой Владычицы Нашей Богородицы и Приснодевы Марии. Вносит в нее Образ Божией Матери, названный «Толгским» от небольшой речки Толги, протекавшей на том месте и впадавшей в Волгу, и тогда же устанавливает всегдашнее празднование явлению Ее в 8-ой день месяца августа. В тот же день при сей церкви благословляет быть монастырю и определяет в него настоятеля-игумена.

Явленная икона написана древним греческим письмом на доске, мерой в длину почти 14, в ширину почти 11 вершков. На иконе Матерь Дева представлена несколько наклонившей Свою главу к держимому на левой Ее руке Младенцу. Правая Ее рука, опущенная долу, от локтя обращена к Богомладенцу с простертой дланью, как бы просящая милости. Богомладенец изображен с лицом, прикасающимся к лику Матери, и правой Своей рукой объемлет Ее главу. В таком начертании иконы самым наглядным образом отображается та беспредельная любовь Божия к роду человеческому, которая побудила Бога-Слова к воплощению от Девы. Среди икон Божией Матери типа «Умиление», к которому относится и Толгская икона, трудно найти равную ей по выражению скорби. Кто тот Образ написал и откуда он взялся в дремучем лесу, того никто не знает.

Так основалась Толгская обитель, существующая в продолжение почти семи веков. Жаль только, что просуществовав столько лет и пережив несколько различных эпох, Толгский монастырь оставил сравнительно мало документов, по крайней мере, относительно первой половины своего существования. Объясняется это, отчасти, особенностями наших древних летописцев, которые, внимательно отмечая дни бурные, не записывали дней тихих и ясных, а затем, бывшим в монастыре пожаром, причинившим исторической любознательности неисчерпаемый вред, и разорением Толгского монастыря поляками в эпоху смутных годов.

Все же, на основании преданий, летописных известий и заметок, можно с достаточной определенностью представить себе историю обители, по крайней мере в ее главных чертах.

Основатель монастыря.

Нельзя обойти стороной достойного внимания основателя обители, блаженного епископа Трифона ( до пострижения в схиму Прохора).

Бывший до епископства архимандритом Ярославского Спасо-Преображенского монастыря, он хиротонисан во епископа Ростовской епархии в 1311 году святителем Петром, митрополитом Московским.

Еще будучи игуменом, Прохор присутствовал в числе святителей русских на соборе в г.Переяславле-Залесском, перед которым смиренно оправдывал себя святитель Петр, митрополит Московский, против клеветы епископа Тверского Андрея, из рода Литовских князей. Игумен Прохор уже и тогда был известен своим благочестием и иноческими подвигами. Пятнадцатилетнее управление епископа Прохора Ростовской епархией было ознаменовано несколькими важными в истории Русской Церкви и знаменательными в епархии событиями.

Кроме уже известного нам чуда явления святой Толгской иконы и основания Толгского монастыря, летопись сохранила о епископе Прохоре следующие сведения. В 1320 году для замирения с князем Юрием Даниловичем епископ Прохор приходил в Тверь звать князя Александра Михайловича, который и прибыл тогда для этого во Владимир. В 1321 году безвременно окончил свое земное поприще святой благоверный Ярославский князь Давид Феодорович и был погребен епископом Прохором в Спасо-Преображенском монастыре.

В следующем году Ярославскую область постигло несчастье: из татарской орды вместе с Московским князем Иоанном Даниловичем Калитой приехал посол хана Узбека Ахмыл, будто бы для водворения благоустройства, а на самом деле для притеснения и грабежа. Ахмыл беспощадно лил людскую кровь, выжег Ярославль и пошел на Ростов.

Услышав о его приближении, князья Ростовские испугались и бежали с боярами. Епископ Прохор тоже хотел удалиться, но потомок ордынского царевича святого Петра, некий витязь Игнатий, бывший в Ростове, остановил его и уговорил идти навстречу страшного Ахмыла.

С крестами, хоругвями и всем клиром пошел святитель встречать грозного, обагренного христианской кровью, посла и его ожесточенное воинство.

Впереди крестного хода, вместе с толпой граждан, ехал упомянутый витязь Игнатий. Он взял с собой княжескую охоту из кречетов и запас разных яств и питий. Увидев приближение татарской рати, Игнатий остановился на берегу озера Неро, близ Петровского монастыря, основанного его предком святым Петром Царевичем, и преклонил колена перед гордым Ахмылом, которому сказал, что сам происходит из древнего рода ханского и встречает его на царском месте, купленном прадедом его, где совершились великие чудеса, и что ему странно видеть теперь здесь вооруженное воинство. Ахмыл был изумлен и спросил: «Ты сам пришел ко мне с охотой княжеской, но кто же с тобой в белых ризах и с хоругвями? Не биться ли они хотят с нами?» Игнатий отвечал: «Сии богомольцы твои и пришли благословить тебя по нашему закону святыней».

В это время показалась колесница, в которой везли занемогшего под Ярославлем сына Ахмылова. Отец повелел подвести его под епископское благословение. Святитель Прохор освятил воду и дал ее пить болящему. Тогда совершилось чудо: недужный исцелился. Видя то, Ахмыл прославил христианского Бога и благодарил епископа, подарив ему лично 40 литр серебра, а 30 литр его клиру. У Игнатия же Ахмыл взял в дар кречетов и поцеловал его. Так спасен был град Ростов от нашествия Ахмыла.

В 1326 году святителю Прохору пришлось погребать в Московском Архангельском соборе великого князя Георгия Даниловича, а через год освящать там же большой Московский Успенский собор, заложенный во время княжения Калиты, по совету и благословению святителя Петра Митрополита.

Епископ Прохор оставил после себя составленное им житие святителя Петра, митрополита Московского, и написал полную церковную службу сему святителю.

После многих трудов по управлению паствой, и чувствуя приближение смерти, святитель избрал местом своего покоя Спасо-Преображенский монастырь, где принял схиму с именем Трифона и мирно почил 7 сентября 1328 года. Почитатели праведной жизни святителя Трифона в заупокойных молениях о почившем подвижнике, сподобившемся обретения Чудотворной иконы Толгской Божией Матери, верят в его заступление и ходатайство пред Богоматерью и по молитвам святителя Трифона получают исполнение просимого и избавление от бед и болезней. Святитель Трифон считается в числе местно чтимых святых.

Свято-Введенский Толгский монастырь с положительным правом можно отнести к тем немногим древнерусским обителям, которые были выстроены без предварительных золота и серебра, с одной только верой и упованием на Божию помощь.

Первым событием, которое становится известным в истории новосозданной обители является чудо истечения от святой иконы цельбоносного мира. 16 сентября 1392 года, при игумене Германе, когда священник возгласил: «Богородицу и Матерь Света в песнех возвеличим», внезапно от иконы Божией Матери, из правой руки истекло миро, которое наполнило весь храм великим благоуханием. После утрени братия пели молебен Пресвятой Богородице, и когда в конце оного запели: «Владычице, Приими молитвы раб Твоих», тогда от той же иконы, из левой ножки Предвечного Младенца также истекло миро. Это двойное чудо произвело необыкновенно сильное впечатление на всех присутствовавших, наполнив их удивлением и ужасом, сменившимися затем слезами умиления и благодарности, когда миро оказалось целебным. Многие больные, присутствовавшие тогда в храме и помазавшиеся тем миром, получили исцеление. С этого времени икону Богоматери стали почитать как мироточивую.

Божия помощь и покров Царицы Небесной никогда не оставляли Толгскую обитель, прославляя икону благодатными чудесами. Расскажем о некоторых из них.

В городе Ярославле жила девица по имени Мария, одержимая нечистым духом, и терпела от того столь сильные мучения, что правый глаз ее выступил из своего места. В таком несчастном положении она пребывала в продолжение полугода. Наконец, родственники привели ее в Толгский монастырь. Здесь, помолившись перед иконой Богоматери, она тотчас получила освобождение от нечистого духа и скорое исцеление от болезни: ее правый глаз вступил в свое место, и она совершенно здоровой возвратилась домой, восхваляя Бога и Пречистую Богородицу.

В пределах города Ярославля жил князь, именем Исаакий, с супругой. Находясь в супружестве более двадцати лет, они не имели детей. После того они однажды, по взаимному согласию между собой, отправились в Толгскую обитель и просили игумена придти к ним в дом с образом Богоматери и совершить всенощное бдение, дабы Бог, по молитвам Богородицы, исполнил их пламенное желание и разрешил их долговременное неплодство. Бог внял молитвам рабов Своих и наградил их усердие рождением сына и потом дочери.

По прошествии нескольких лет, в начале XV века, в монастыре произошел большой пожар. Пламя мгновенно объяло и церковь, так что братия не могли ничего спасти из церковных вещей. Сгорели кельи, ограда, все погибло в этом огненном потоке; а потому все думали, что и чудотворная икона Бого-родицы также сгорела, и много скорбели о том.

Но когда пожар окончился, то святую икону обрели вне монастыря, в лесу на дереве, чудесно изъятую из пламени, совершенно невредимую и сияющую светом.

Монастырь не прекратил своего существования, что случалось после пожаров со множеством тогдашних монастырей.

В Новгороде жил человек, именем Василий, имевший скорченные и иссохшие ноги, в следствие чего он ползал на колодках. Он наследовал от своих родителей великое богатство и из этого богатства делал подаяния в святые церкви и раздавал милостыни нищим: принимал странных, одевал нагих, посещал заключенных в темницах и непрестанно обходил святые церкви, слезно моля Бога об облегчении его болезни. В таком состоянии он услышал о чудесах, совершающихся от иконы Пресвятой Богородицы в обители Толгской. Поэтому он, не смотря на дальность расстояния и трудность путешествия, велел везти его в Толгскую обитель. Случилось, что он достиг обители, когда сгорела в ней церковь. Видев посещение Божие, Василий побудил настоятеля обители к построению нового храма и на сооружение его пожертвовал значительную часть своего имения. В непродолжительное время, с помощью Божией, была построена новая деревянная церковь, более просторная и красивая. Во время ее освящения, когда совершалось обычное обхождение освящаемой церкви с иконами и крестами, Василий, увидев чудотворный Образ Богоматери, начал горько плакать и усердно молиться, прося Пресвятую Богородицу исцелить его от лютой болезни. Когда он молился, то внезапно ноги его утвердились; он почувствовал себя совершенно здоровым и стал ходить, как будто бы никогда не был болен. Исполнившись великой радости, он велегласно прославлял дивную в чудесах Пречистую Богородицу.

Целый ряд необыкновенных чудес, начавшихся уже с первого дня существования обители, все более привязывали сердца жителей страны ярославской к дому Пречистой Богородицы на Толге.

Около 1400 года Ярославским князем Феодором Феодоровичем Толгскому монастырю была дарована жалованная грамота на деревню Кукольцыно с освобождением крестьян от княжеских даней и повинностей. Грамота эта показывает, с одной стороны, что монастырь в то время пользовался покровительством Ярославских князей, а с другой стороны свидетельствует о росте монастыря, для которого не лишними являлись уже вотчинные владения и о переходе его из неопределенных материальных условий к более положительным и прочным средствам существования.

Но к половине 15 века род князей Ярославских раздробился настолько, что в нем считалось уже до 40 отраслей, и каждый член этого огромного семейства имел свой уголок, свой маленький удел, где князья иногда жили, а чаще собирали только дань. Толгский монастырь попал в вотчину князей Засекиных и терпел от них много притеснений. Вотчинные права над монастырем выражались как в административной, так и в судебной власти над ним. Кроме того монастырь должен был платить князю известную дань.

Еще более обременительными были для монастыря постоянные наезды властей, которые требовали себе кормов, подвод, даров, посулов и других многих поборов. Это явление, как показывает история в XV веке было общим для всех монастырей. Последние боролись с ним и обращались к Великим князьям, заручаясь у них так называемыми несудимыми грамотами. Сила этих несудимых грамот состояла в том, что 1) гражданский суд над настоятелем с братией и их крестьянами предоставлялся самому Великому князю или царю, или какому-нибудь ближнему их боярину; 2) В случае суда смешанного между монастырскими людьми и посторонними, право суда предоставлялось настоятелю сообща с другими властями, и каждая сторона по своей части сама чинила управу; 3) запрещалось въезжать в монастырь на постой проезжим, ратным и гостиным людям вопреки желанию монастыря, требовать без платежа кормов и т.п.

Очевидно, князья Засекины уже слишком злоупотребляли своими вотчинными правами, потому что монастырь должен был обратиться с челобитной к Великому Московскому князю Василию Васильевичу Темному, уже открыто проявлявшему тогда свою власть в уделах, и в частности, в княжестве Ярославском. Результатом этой челобитной было то, что князь Василий Васильевич Темный взял монастырь под свое покровительство и вступаться в монастырь Засекиным не велел.

В 1553 году мирная жизнь обители была ознаменована посещением монастыря царем и Великим князем Иоанном Васильевичем Грозным. Поводом к этому посещению послужило путешествие царя на богомолье в Кирилло-Белозерский монастырь по случаю болезни его ног. На возвратном оттуда пути по рекам Шексне и Волге, царь остановился у Толги. Игумен и братия тепло встретили Царя, отслужили молебен. Царь много со слезами молился перед чудотворной иконой Пресвятой Богородицы. И вот, в тот же час ноги у него укрепились, и он встал с кресла, на котором его носили, совершенно здоровым. Исполнившись великой радости, Царь возблагодарил Бога и Пречистую Его Матерь, одарил игумена и братию щедрой милостыней и повелел построить в обители каменный храм, который и был построен в конце XVI века при наместнике монастыря игумене Феодосии (управлял обителью с 1578 по 1602 гг.)

Игумен Феодосий – один из выдающихся игуменов монастыря. В 1602 году он был переведен Патриархом Иовом в Астраханский Троицкий монастырь, нуждавшийся тогда в опытном настоятеле, и затем был возведен в сан архиепископа Астраханского. Здесь, во время волнений, вызванных слухами о явившемся самозванце, архиепископ Феодосий неустрашимо выступил с обличением крамолы и увещевал народ не верить появившемуся Лжедмитрию, за что озлобленные мятежники разграбили дом святителя, а его сначала заключили под стражу в Троицкий монастырь, а потом отправили в Москву на усмотрение самозванца. Здесь самозванец с гневом ему сказал: «Астраханские все смуты от тебя, и людям ты говоришь и меня называешь не прямым царем, а кто же я?» На это Феодосий безбоязненно ответил: «Ведаю, что ты называешься царем, но прямое твое имя Бог весть; ибо прирожденный царевич Димитрий Иоаннович убиен в Угличе, и мощи его тамо». Лжедмитрий не имея что сказать в защиту своей личности, отослал Феодосия на патриарший двор под присмотр, без оскорбления, где он и содержался до смерти самозванца. По приказанию новоизбранного царя Василия Ивановича Шуйского, архиепископ Феодосий вместе с митрополитом Филаретом был послан в г.Углич для перенесения в Москву тела царевича Димитрия. По исполнении царского поручения, Феодосий был с честью отпущен к своей пастве, но на пути заболел и в городе Царицыне скончался 18 декабря 1607 года.

Смутные годы разразились над Толгской обителью тяжким бедствием, выразившемся в полном разорении монастыря. Еще во время осады Ярославля, отдельные шайки поляков разбрелись по окрестностям Ярославля, предавая все огню и мечу. 18 мая 1609 года достигли они и Толгского монастыря, кото-рый сделался одной из первых искупительных жертв разъяренных неудачной осадой врагов. Ворвавшись в монастырь, они подожгли ограду и кельи, монахов и послушников числом 46 человек, которые не хотели сдаваться и заперлись в каменной монастырской церкви, всех убили, образы и книги, и казну пограбили и ушли.

Где в это время находилась Чудотворная икона неизвестно. Должно думать, что ее взяли с собой монастырские власти и иеромонахи, поспешившие скрыться из монастыря при нашествии врагов. Можно, впрочем полагать и то, что они были в это время в Ярославле, где в них должна была быть большая надобность для напутствия раненых и погребения убитых.

По уходе грабителей возвратившиеся монахи собрали тела убиенных и с честью похоронили в одной общей могиле на монастырском кладбище. В 1893 году над их могилой была выстроена часовня, где на мраморных плитах записаны имена всех убиенных братий.

1612 год отмечен в летописи Толгской обители древнейшим из известных крестных ходов с Чудотворной иконой в город Ярославль. Тогда Ярославль назначен был сборным пунктом для народных ополчений, собиравшихся для спасения Москвы и с ней всего Русского царства. От чрезвычайного стечения народа в городе началось моровое поветрие, от которого в мае месяце гибли тысячи людей. Князь Пожарский, духовенство и власти города решили обратиться за помощью ко всегдашней Заступнице земли Русской и послали за Ее чудотворной иконой в Толгский монастырь. Святая икона была принесена и участвовала во всеградском крестном ходе. После этого крестного хода болезнь утихла.

Ужасные стихийные бедствия – голод, моровая язва, великие пожары посещали Ярославль неоднократно, иногда с такой силой, что заставляли несчастных жителей воображать наступление кончины мира. Но и в эти дни «туги народной» всякий раз, когда над головами смятенной, бессильной перед стихией толпы, как недремлющий спасительный страж, как Божия помощь с небес появлялся Толгский Образ Царицы Небесной, народное горе затихало и часто сама стихия смиряла ярость: небеса давали воду и язва прекращалась.

После поразительной благодатной помощи, полученной в тяжких бедах, постигших Ярославль в 1654-1657 годах, жители Ярославля исходатайствовали установление ежегодного крестного хода чудотворной Толгской иконы в Ярославль.

Труд восстановления монастыря после польского разгрома выпал на долю игумена Серапиона. При нем в 1620 году царем Михаилом Феодоровичем Романовым пожаловано было 40 рублей на строение церкви в честь Воздвижения Честнаго и Животворящего Креста Господня и 100 рублей на строение колокольни.

Бурный расцвет обители связан с именем одного из наиболее замечательных ее настоятелей, игуменом Гордианом, управлявшим с 1673 по 1700 г. Не раз испытывал он на себе всемогущество и милость Божию: когда изнемогал от смертоносной язвы и чудесно получил здравие и крепость сил, когда потом впал в тяжелую болезнь, так что и волосы с головы его все опали, зубы повыпадали, больной истекал кровью и был уже близок к смерти. Только молитва поддерживала душевные силы изнемогающего телесно.

Но Господь сподобил его еще оказать великие благодеяния обители Толгской.

Прежде всего на долю нового игумена выпала забота об окончании постройки святых монастырских ворот, которые не задолго до того времени начали строиться на средства торговцев Ярославской гостинной сотни Семена и Ивана Матвеевичей Сверчковых. Гордиану принадлежит та заслуга, что он сумел поддержать в Сверчковых расположение к Толгской обители на долгое время. Кроме устройства святых ворот и каменной Никольской церкви над ними, они пожертвовали монастырю также тысячу пудов соли и кроме того истратили на благоустройство обители 2538 рублей 15 алтын и 2 деньги – сумму по тому времени громадную. Другим большим делом игумена Гордиана была постройка величественной Введенской соборной церкви на месте древней маловместительной и уже обветшавшей. Постепенно подготовлялись материалы для будущего соборного храма, вырабатывался план, и наконец, в 1681 году Гордиан испросил у митрополита Ионы (Сысоевича) благословение разобрать малый Введенский храм и выстроить новый. Работы начались в том же 1681 году и окончились через два года. Опытный в делах строительства, он очень внимательно приготовлял план будущего храма. Лучшими для подражания были тогда соборы Ростовский и Ярославский и новостроившаяся, обнесенная папертями церковь Иоанна Предтечи в Ярославле. По плану, выработанному Гордианом, нижняя часть храма назначалась быть усыпальницей знаменитых лиц или же настоятелей обители, поэтому сам храм положено было поднять от земли более, чем на тридцать ступеней. Всю церковь назначено было, наподобие церкви Иоанна Предтечи, обнести папертями, которые давали бы возможность помещаться народу, издалека приходившему на поклонение Чудотворной иконе. Верху здания положено быть пятиглавым, как и соборы Ростовский и Ярославский. С южной стороны храма устроен придел во имя святых благоверных князей Феодора, Давида и Константина, Ярославских чудотворцев. Собор стоит посреди монастыря, как раз против святых ворот. Стены и своды храма расписаны стенным письмом греческого стиля в 1690 году искусными мастерами Ярославля и Костромы: Димитрием Семеновым-Сибиряком, Феодором Федоровым, Василием Осиповым и другими, чьи имена записаны на откосе южного нижнего окна западной паперти.

Введенский собор.

Иконографическая схема Введенского собора предстает перед нами в следующем виде. В центральном куполе изображен Вседержитель, в простенках барабана – праотцы, в основании барабана – погрудные изображения двенадцати апостолов в овальных медальонах, некоторые из них с крестами. На парусах – Евангелисты. На лобовых частях паруса – «Спас на убрусе», «Предвечный совет», «Архангел Гавриил» и «Архангел Михаил». На подкупольных арках – «Троица Ветхозаветная с Авраамом и Саррой» и «Сошествие Св.Духа».

В юго-западном куполе – «Богоматерь Знамение», в барабане между окон – Архангелы, ниже - пророки, на парусах – апостолы из числа 70-ти, на лобовых частях – херувимы, на подкупольных арках – «Воскрешение Лазаря» и «Преображение».

В северо-западном куполе – «Иоанн Предтеча с Христом в потире», в барабане между окон – Архангелы, ниже – пророки, на парусах – апостолы из числа 70-ти, на лобовых частях – херувимы. На подкупольных арках – «Преполовение» и «Уверение Фомы».

На сводах – шесть двунадесятых праздников: на северном – «Благовещение» и «Введение», на южном – «Рождество Христово» и «Богоявление», на западном – «Вознесение» и «Сошествие во ад». Последняя композиция заменяет сцену «Страшного Суда» на западной стене.

На столбах и подпружных арках – 56 клейм из «Деяний Апостолов». Причем на столбах в 4 яруса изображены сюжеты из жизни верховных апостолов Петра и Павла.

Стены собора разбиты на 7 сюжетных ярусов, которые располагаются на стенах почти одинаковыми по ширине непрерывными фризами. Три верхних яруса иллюстрируют земную жизнь Иисуса Христа и притчи. В тематику четвертого яруса введены иллюстрации к «Заповедям блаженств», молитве «Отче наш» и «Символу веры». В пятом ярусе написаны «Страсти Христовы», а в шестом и седьмом – 48 сцен из «Сказания о чудесах Богоматери Толгской», отражающих историю монастыря.

Ниже располагалась храмовая летопись, написанная вязью: «Благоволением и споспешением, и содействием Неописаннаго и Непостижимаго в Троице славимаго Бога Отца, и Сына, и Святаго Духа начата бысть сия святая соборная восточная и апостольская церковь и подписывати стенным иконным подписанием и лета 7198 году маия в 27 день при державе благочестивейших государей Царей и великих князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича всей великия и малыя и белыя России самодержцев и при их благоверных царицах и благоверном царевиче и великом князе Алексее Петровиче и при благоверных царевнах и при великом господине Святейшем Кир Адриане Московском и всея России Патриархе и при Преосвященном Митрополите Иоасафе Ростовском и Ярославском и при игумене сея святыя обители Горьдиане и при келаре старце Иоасафе и при казначее старце Иосифе и при строителе старце Макарие и всей еже о Христе братии а совершена сия святая соборная и апостольская церковь во имя Пресвятыя Богородицы Честнаго и славнаго Ея Введения того же году августа в 20 день». И в завершение – традиционный орнаментальный пояс.

После окончания постройки церкви немедленно начата была постройка трехъярусной величественной колокольни, которая окончена была сооружением около 1688 года. На новоустроенную колокольню был поднят вместе с прежними колоколами и новый большой колокол весом в 200 пудов, приложенный в дар обители усердием окольничего князя Никиты Яковлевича Львова, давшего на слитие колокола тысячу рублей.

Вообще, игумен Гордиан умел привлекать и располагать к себе людей. Тот же князь Никита Яковлевич Львов, кроме своей крупной жертвы на колокол, прилагает в дар обители богатейшие священно-служебные ризы, осыпанные жемчугом и каменьями, дает в разное время в монастырь 900 четвертей ржа и овса на монастырские потребности, кроме того, устраивает на свой счет каменные братские кельи на 1500 рублей и, наконец, постригается в монастырь под именем Нила.

Ко времени настоятельства в Толгском монастыря игумена Гордиана относится умилительно-трогательное событие духовного во Христе примирения Святейшего патриарха Никона, возвращавшегося по Волге из своего долгого заточения, с прежним своим недоброжелателем, архимандритом Сергием, сосланным в Толгский монастырь на покаяние. 16 августа 1681 года, чувствуя приближение смерти, блаженный Никон повелел пристать возле монастыря, чтобы причаститься Святых Христовых Таин. Игумен же монастыря с братией вышел на встречу, с ними же был и архимандрит Сергий. Видев блаженного уже близ смерти, Сергий припал к ногам его со слезами говоря: «Прости мя, святче Божий, яко паче всех сих, иже поношение на тя подняли, досаждение творил, и поношение и всяку злобу святыни твоей во время изгнания твоего, повинен ти аз, собору в сем угодная творя».

Как известно, в этот же день вечером, блаженный Патриарх Никон скончался на своем струге в Ярославле, на реке Которосли, возле Спасского монастыря, искренне оплакиваемый всеми жителями Ярославля.

Едва ли погрешим против истины, если видную долю влияния в этом добром деле припишем тому же умеющему располагать к себе и благотворно влиять на людей характеру игумена Гордиана.

Игумен Гордиан скончался в 1700 году и погребен под придельным алтарем сооруженного им соборного монастырского храма, при северо-западной стене алтаря.

Под соборным храмом находится усыпальница почетных граждан города, которые при жизни своей вносили пожертвования в святую обитель, а также представители знаменитых древних боярских родов: Голицыны, Вяземские, Троекуровы, Мельгуновы и другие.

Монастырь обнесен каменной оградой, в которой устроено девять башней. Точное время построения ее не известно, предположительно - в самом конце 17 века.

К тому же времени или к началу 18 века относят и построение четвертой церкви на территории монастыря, в честь Нерукотворного Образа Спасителя. Церковь эта обращает внимание своеобразным куполом, по краям которого расположено восемь глав средней величины, причем высоко поднятый вверх купол увенчан девятой главой большего размера. К ней был пристроен двухэтажный корпус, в котором, в следствие правительственных распоряжений с 1757 года жили на пропитании военные обер и унтер-офицеры и рядовые, неспособные к службе, которым давалось помещение, а также денежное и хлебное содержание. С 1793 года он обращен в монастырскую больницу, отчего и храм назывался больничным. В 1806 году в этом корпусе были размещены русские классы духовного училища, потом семинария, потом уездно-приходское училище, и наконец, в 1836 году, сильно обветшавший, он был снова предоставлен в собственность монастыря.

В 1812 году в трапезе Спасской церкви был погребен герой Отечественной войны, умерший от ран, полученных в Бородинском сражении, генерал-лейтенант Николай Алексеевич Тучков, о чем имеется мемориальная надпись на стене.

Промысел Божий посылает монастырю в лице его настоятелей людей мудрости и веры, и горячей любви к обители. Они создали и благоукрасили монастырь, они устроили благоговейную монастырскую жизнь, так что Толгская обитель, действительно, являлась домом молитвы и утешения для всех приходящих в нее. Недаром, Преосвященный Ириней, один из настоятелей обители, писал в своем письме: «Толгская обитель – редкость. Благоговение к Царице Небесной запечатлевает, кажется, каждый шаг; кажется, слышишь голос: «разуй сапоги». Эта величественная Волга, как будто для Сей Царицы катит свои волны; этот златый храм, как будто среди небес для Нея воздвигнут; эти огромные кедры, увенчанные царственными коронами, как будто Ея царственную возвещают славу, как будто от Ея имени проповедуют: Бога бойтеся, Царя чтите».

В 1914 году обитель отмечала свой 600-летний юбилей. Приготавливаясь к такому славному событию, наместник монастыря, игумен Серафим (Самойлович, новомученик, † 1937г.) с благословения и указания Высокопреосвященнейшего настоятеля обители Архиепископа Ярославского и Ростовского Тихона (Белавина) произвел сложный и основательный ремонт всех храмов и монастырских зданий.

В декабре 1910 года Владыка Тихон писал: «Для достойного ознаменования 600-летнего юбилея Толгского монастыря хорошо было бы еще при монастыре устроить какое-либо благотворительно-просветительное учреждение, в роде, например, приюта для мальчиков с ремесленными классами». В 1913 году им была устроена сельскохозяйственная пчеловодческая школа с приютом для сирот, в которой за счет монастыря и благотворителей обучалось до двадцати пяти учеников. Благодаря щедрому пожертвованию святителя Тихона (на сумму пятьсот рублей) был расширен монастырский странноприимный дом.

Но юбилейными торжествами руководил уже архиепископ Ярославский и Ростовский Агафангел (Преображенский, новомученик, † 1928г). Обитель во главе с ее наместником в дни юбилея приняла множество богомольцев. Были устроены навесы для ночлега и раздача хлеба. Паломники бесплатно получали образки, брошюры и листочки духовного содержания.

Глубокой скорбью и тяжелыми предчувствиями о будущей судьбе России исполнила сердце Владыки начавшаяся летом 1914 года Первая мировая война. Верный традиции русского благочестия, святитель Агафангел решил в грозное время народного бедствия вместе со своею паствой обратиться к заступничеству Божией Матери. День 16 сентября (память истечения мира от Толгской иконы в 1392г.) стал днем всеобщей сугубой молитвы ко Пресвятой Богородице всех православных христиан Ярославской епархии о даровании победы христолюбивому российскому воинству в жестокой войне. В это время при Толгском монастыре был учрежден лазарет для раненых.

Вскоре положение в России резко изменилось. На территории ее центральной части установилась богоборческая власть.

О жизни обители после 1917 года, достаточными сведениями в настоящее время, к сожалению, монастырь не располагает. Были бы очень благодарны всем, кто имеет доступ к архивным документам, за предоставление документальной информации.

Известно лишь, что в 1918 году наместником монастыря был архимандрит Анемподист, который 15 июня 1918 года писал Святейшему Патриарху Тихону: «Ваше Святейшество, Святейший Владыко, Всемилостивейший Благодетель мой о Христе Иисусе. Аще Господу Богу угодно, то благословите мне проездом в Москву 4 июля остановиться в Сергиево-Троицкой Лавре на праздник Преподобного Сергия. Мое сердечное желание зреть Вас, принять участие в молитве с Вами и с сердечным чувством благоговейнейшаго почитания и глубокой сыновней преданности смиреннейше повергнуть себя к Святым стопам Вашим, как избраннику Божию, истинному сыну Церкви, сотворившему свое любвеобильное сердце храмом Божиим и жилищем Духа Святаго, Который возвестил людям избрать Вас на Патриарший Престол Вашими устами возвещать волю и учения. Имею счастие доложить Вашему Святейшеству, как печальнику Русских обителей, что у нас в Святой обители Пресвятыя Богородицы до настоящаго дне обстоит благополучно. Вашего Святейшества Всенижайший послушник недостойный и многогрешный Архимандрит Анемподист. 15 июня 1918г. Толгский монастырь».

В октябре того же года была произведена опись всего имущества монастыря, составлено соглашение, содержание которого заключается в том, что насельники Толгского монастыря приняли все это имущество от Ярославского Совдепа в бессрочное, бесплатное пользование на определенных условиях.

Летом 1920 года в Толгу приехала группа учеников из Ярославля. Коммунистическая власть, чтобы как-то поддержать детей школьного возраста в голодное время, вынесла решение отправлять их в сельскую местность на летние школьные каникулы. После этого первого выезда на Толгу, они стали проводиться каждое лето.

В 1923 году Ярославские власти решили в Казанском девичьем монастыре открыть дом крестьянина. Все монахини, а их было тогда до 300 человек были выселены без предоставления какого-либо помещения. Многие разъехались по стране и немало их поселилось в Толгском монастыре, хотя он и был тогда мужским. Поселились они в монастырской гостинице, часть которой была занята богадельней и приезжавшей на лето вышеупомянутой школьной колонией. Монастырь продолжал жить и в этих условиях до 1928 года, а в 1929 году с его звонницы были сброшены колокола.

Из имеющейся в монастыре копии протокола заседания партийной фракции Губсовета безбожников о состоянии работы по ликвидации Толгского монастыря от 28 декабря 1928 года видно, что народ любил эту обитель. Было собрано полторы тысячи подписей против закрытия, а «если решат закрыть, то будем силой отстаивать свой монастырь».

В начале 30-х годов советское правительство решило построить в Ярославле на Волге, у села Воздвиженское гидроэлектростанцию. Плотина должна была перегородить Волгу в окрестностях Толгского монастыря. С 1932 года выезды школьной колонии сюда прекратились. Монастырь был полностью выселен. Остались свободными все его здания и храмы. И монастырь был выбран властями для организации в нем управления строительством, так как в те годы вокруг были только деревни, поля и леса. Сюда на Толгу стали прибывать специалисты гидротехнических работ. Многие из них привозили с собой свои семьи, заселившие кельи.

В Толгском монастыре для испытания действующей модели будущего гидроузла был выбран Введенский собор и рядом стоящая звонница. В центре собора, от алтаря до западной стены, соорудили огромную белую плиту. У алтарной стены (на месте иконостаса) построили макет плотины. Для выхода отработанной воды в полу собора пробили отверстие, а в его подклети установили огромную бетонную ёмкость. Рядом с колокольней в маленьком кирпичном сооружении (сейчас иконная лавка) установили два насоса. На колокольне был сооружен огромный металлический резервуар.

Насосы нагнетали воду в резервуар, откуда она самотеком поступала в собор и выливалась, проходя плотину, на бетонную плиту. После этого по трубе сливалась в бетонную емкость под полом собора.

Проведенные исследования грунта в Ярославле дали отрицательные результаты, и через четыре года строительство гидроэлектростанции было перенесено в Рыбинск.

Волгострой перебрался на новое место, но монастырь уже на долгие годы превратился в жилье для обычных горожан, не имевших по той или иной причине жилья. Занятыми под жилье оказались не только кельи, но и все крепостные башни. В части Никольского храма построили второй этаж. Жители приспосабливали неудобные для жилья помещения, прорубая новые окна и закладывая старые, а то и просто увеличивая их. Прорубали новые двери, срубали своды и карнизы.

Сразу после отъезда Волгостроя, т.е. в 1936-37 годах, в монастырь приехали новые хозяева – воспитатели и воспитанники школы ФЗУ Наркомюста, в последствии детской колонии НКВД. Ее разместили в здании монастырской гостиницы, в которой уже не было ни богадельни, ни школьного лагеря. Гостиница расположена снаружи, за северной стеной монастыря, и была построена при наместнике монастыря архимандрите Павле в 1882 году.

На рубеже 60-х годов рядом с монастырем развернулось строительство. Бывший его хозяйственный двор с постройками и гостиницей и большая луговина на левом берегу речки Толги были обнесены бетонной оградой и рядами колючей проволоки. Так началось создание исправительной колонии малолетних преступников.

Для персонала построили рядом каменный двухэтажный дом. Есть сведения, что на его фундамент брали каменные памятники с уничтоженного монастырского кладбища. Впоследствии там вырос поселок, куда переселялись из монастырских зданий работники колонии. Последние жители обители, жившие здесь десятки лет, были выселены в 1986 году.

Шесть десятилетий молчала обитель, ее духовная жизнь замерла на долгие годы. Между тем, приближался большой православный праздник 1000-летие крещения Руси, который было решено отпраздновать в июне 1988 года. А в сентябре появилось сообщение, что Толгский монастырь передается верующим.

Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Пименом и Святейшим Синодом на территории древнего монастыря учреждена первая женская обитель (после 1917 года на территории РСФСР были закрыты все православные женские монастыри).

Обитель в момент передачи Церкви находилась в состоянии крайней заброшенности. Большая часть построек – замечательные памятники русской архитектуры пребывали в аварийном состоянии. Почти полностью были утрачены настенные росписи, декоративная керамика, разрушены иконостасы. Частично сохранившиеся стены давали лишь смутное представление о когда-то величественном монастырском ансамбле. Предстояло приступить к работе, грандиозной по своим масштабам.

С помощью Божией, вопреки трудностям, восстановительные работы начались, стали собираться и первые насельницы, которых не устрашила временная неустроенность монастырского быта.

26 мая 1988 года возрождающаяся Толгская обитель праздновала особое радостное событие – обретение и перенесение честных мощей великого подвижника, религиозного мыслителя и духовного писателя XIX века - святителя Игнатия (Брянчанинова). Милостью Божией честные мощи «Отца современного иночества» почивают в обители по сей день. Святитель Игнатий пишет, что «монашество не есть учреждение человеческое, а Божеское». Ежедневно прикладываясь к его честным мощам, сестры обращаются к нему с сердечной молитвой, помочь пройти стезю иночества во славу Божию и во спасение души.

29 июля 1988 года во вновь освященной Спасской церкви была впервые отслужена праздничная Божественная литургия архиерейским чином. Народ горячо молился, чтобы Господь послал восстанавливающейся обители Свои великие и богатые милости. Молящиеся на этой службе ощущали живое единение со всеми, кто своими трудами приблизил день этого светлого торжества.

Знаменательное событие в жизни возрождающейся обители отмечено 25 сентября 1988 года. За Божественной Литургией в Спасском храме благочинная монастыря монахиня Варвара (Третьяк) Высокопреосвященнейшим Платоном Архиепископом Ярославским и Ростовским была возведена в сан Игумении.

По назначении на Толгу игумения Варвара с первых же дней энергично занялась хозяйством, которое приходилось поднимать почти с нуля. За короткий срок оборудовано отопление, подведены водопровод, канализация, организованы столярная и слесарная мастерские, газовая котельная, гараж, отреставрированы или заново возведены каменные хозяйственные строения и кирпичные келейные здания, устроены овощехранилища, налажена работа трапезной, оборудован медицинский кабинет. «То, что казалось безвозвратно ушедшим, оживает вновь. Это чудо…», - можно прочитать в книге почетных гостей. Сейчас Толгский монастырь по всей справедливости может быть отнесен к числу благоустроеннейших Российских обителей.

За 15 лет отреставрированы и освящены четыре монастырских храма.

Главный Введенский собор – летний. Уже трижды в нем совершал Богослужение Первосвятитель Русской Православной Церкви, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II: 13 мая 1993г. (день памяти Святителя Игнатия) и на праздник Толгской иконы Божией Матери 21 августа 1994г и 1997г. На протяжении 10 лет группа реставраторов ООО «Возрождение» под руководством Е.Б.Черняева проводит работы по реставрации настенной живописи собора.

В настоящее время Богослужение совершается в теплом Крестовоздвиженском храме.

Теперь трудно поверить, что всего лишь 8 лет тому назад, глядя на развалины этого храма, мало кто надеялся на его восстановление: стены – полуразрушены, с большими трещинами, подпертые бревнами, стяжки – перерезаны, свод рухнул, даже подходить было опасно. С Божией помощью, с помощью тех, кто вкладывал свои физические силы или вносил материальную лепту, храм отреставрирован. В его подклети расположилась монастырская библиотека. С мая 2000г. по апрель 2002 года храм был полностью расписан художниками Школы «Ярославская икона» под руководством Академика Российской Академии художеств, заслуженного художника России, члена Президиума совета по культуре Н.А.Мухина. В Крестовоздвиженском храме находятся главные святыни обители: Толгская икона Божией Матери XIXв. (список с Чудотворной иконы) и рака с мощами Святителя Игнатия Брянчанинова. Имеются два ковчега с частицами мощей святых Киево-Печерской Лавры и многих других.

Спасский и Никольский храмы расписаны насельницами обители. Богослужение в них совершается редко по причине маловместимости. Интерьер Никольского (надвратного) храма украшают Царские врата XVII века, под которые сестрами был устроен тябловый иконостас, украшенный резьбой. В Спасском храме совершается чтение «Неусыпаемой» Псалтири.

Сегодня под Покровом Божией Матери совершают свой иноческий подвиг 110 насельниц. Часть сестер живет на монастырском подворье в селе Введенское Некрасовского района Ярославской области. Имеется при монастыре школа-интернат для девочек и Регентский класс для девушек, желающих стать руководителями церковного хора.

День в монастыре начинается и заканчивается молитвой. Утром, в половине шестого начинается молебен Матери Божией «Толгской» и Святителю Игнатию, затем совершается Полунощница, часы, Божественная Литургия. По благословению Высокопреосвященнейшего Кирилла, Архиепископа Ярославского и Ростовского, богослужения в обители совершают три священника, которые добрым и мудрым словом помогают матушке игумении духовно окормлять сестер. После завтрака сестры расходятся по монастырским работам, которые называются «послушаниями», потому что каждая делает не то, что ей хочется, а что будет назначено руководством монастыря.

Сестры трудятся в иконописной, левкасной, позолотной мастерских, в мастерской резьбы по дереву, в которых создаются иконостасы для монастырских храмов, сени, киоты.

Имеется в монастыре швейная мастерская, пекарня, просфорня. Кто-то несет послушание на скотном дворе, на курятнике, кто-то убирает в храме, водит экскурсии, смотрит за монастырской гостиницей, за библиотекой, готовит пищу в трапезной, дежурит в котельной, трудится на огороде…. В 14 часов колокол собирает сестер в трапезную, которая тоже искусно расписана. После обеда снова все расходятся по послушаниям. В 17 часов начинается вечернее богослужение, которое состоит из 9 Часа, вечерни, Утрени и 1-го Часа. В воскресенье в конце Вечерни поется нараспев Акафист перед Толгской иконой Пресвятой Богородицы: «Радуйся, Радосте наша, иконою Твоею нас присно утешающая!» Чтение этого Акафиста совершается в обители неусыпно. В понедельник вечера служится акафист святителю Игнатию, а в среду – святителю Николаю.

Обитель свято чтит старую добрую традицию странноприимства. Как и в прежние времена, паломники могут остановится в старинной монастырской гостинице, пользоваться монастырской трапезой. В 2001 году были начаты работы по капитальному ремонту гостиницы, но за недостатком финансовых средств пока приостановлены.

Еще одной из достопримечательностей Толгской обители является кедровая роща, расположенная в юго-восточной ее части. По преданию, устройство парка относится к последней четверти XVI столетия. Высокая стена защищает рощу от ветра, здесь почти всегда тихо. Для питания сада водой между кедрами, насажденными полуциркулем аллеею в два ряда, был выкопан пруд. Кроме кедровых деревьев сад изобиловал множеством цветочных дорогих растений. Недаром, положительно все посетители монастыря, начиная царственными лицами и кончая последним бедняком-богомольцем, считали своей обязанностью посетить сад, полюбоваться его цветами, посидеть под тенью его патриархов и подышать его приятным здоровым смолистым ароматом. Недаром, юный царственный посетитель сада, государь Цесаревич и Великий князь Николай Александрович, скудный здоровьем, гуляя по монастырскому саду 28 июня 1863 года пришел в такое восхищение от нее, что воскликнул: «Я здесь ожил».

Посещали кедровую рощу и ныне причисленная к лику святых семья Государя-императора Николая II, которая прибыла в Толгский монастырь на пароходе «Межень» 21 мая 1913 года. Дважды, в 1892 и 1913 годах, в монастыре побывала Великая Княгиня Елисавета Феодоровна.

Из-за нарушения дренажной системы в настоящее время пруды почти высохли, да и густые ряды кедров значительно поредели. Сестры позаботились посадить несколько десятков новых саженцев кедра, которые прижились и растут уже 15 лет.

Заканчивая повествование о Толгской обители, приведем слова наставника и учителя монашеского делания святителя Игнатия (Брянчанинова): “Взирая из тихого монастырского пристанища на житейское море, воздвизаемое бурею страстей, благодарю Тебя, Царю и Боже мой! Привел Ты меня в ограду святой обители… Скуки не знаю; время сократилось, понеслось с чрезвычайной быстротой, - как бы слилось с вечностью; вечность как бы уже наступила”.

Летопись Толгского монастыря.

1314 - явление святителю Трифону иконы Толгской Божией Матери и основания монастыря

1392- истечение мира от Толгской иконы Божией Матери

1553- исцеление царя Иоанна Грозного от Толгской Иконы Божией Матери

1609- убиение иноков поляками в Толгском монастыре

1612- спасение Ярославской земли от моровой язвы после крестного хода с иконой Толгской Божией Матери

1625- построение Крествоздвиженского храма в Толгском монастыре

1654- вторичное спасение Ярославской земли от моровой язвы

1657- спасение Ярославской земли от засухи

1652- построение Никольского храма

1681-83 - построение Введенского собора

1763- посещение обители императрицей Екатериной Великой

1862- приезд в Толгский монастырь святителя Игнатия (Брянчанинова)

1863- приезд цесаревича Николая Александровича

1893 - построение часовни в память об убиенных иноках

1913- посещение Толгского монастыря Российским Императором Николаем Вторым с августейшим семейством

1914- празднование 600-тия со дня основания монастыря

1928- закрытие Толгской обители

1987- открытие Толгского монастыря - первого женского монастыря в СССР

1988- мощи святителя Игнатия Брянчанинова обретены в Николо-Бабаевском монастыре и перенесены в Толгскую обитель

1997- 10-тие со дня открытия монастыря в период восстановления

2000- истечение мира от монастырской Толгской иконы Божией Матери

2003- передача из художественного музея иконы Толгской Божией Матери в монастырь

Свято-Введенский Толгский женский монастырь благодарит Богом данных благодетелей – всех людей с чутким сердцем, которые помогли обители подняться из руин и не оставляют ее до сего дня. Молитвенно желаем им помощи Божией во всех их благих делах и начинаниях. Будем искренне благодарны всем, кто пожелает помочь в дальнейшем ее восстановлении.

В начало

Купить книги оптом или мелким оптом
 
Rambler's Top100