Святое православие

Дата публикации или обновления 01.12.2015
  • К оглавлению: Журнал Московской Патриархии
  • К оглавлению раздела: Обзор православной прессы
  • Святое православие
    Иеромонах Серафим (Роуз)

     • Что такое православие? Это нечто живое и горячее (а не абстрактно-холодное), что относится к сердцу (а не только к разуму) и постигается всей жизнью (а не только изучением). Вокруг нас — сокровища святого православия, спасительные сокровища, каких нигде больше нет, а мы с чувством полного удовлетворения остаемся совершенно бесплодными.

     • Если встречается препятствие, — надо только радоваться: впереди борьба, а вместе с ней — и надежда, что мы не погибнем. Начинать надо прямо здесь, прямо сейчас. Чем труднее, тем лучше: преодоление трудностей, борьба за веру — этого нам как раз больше всего не хватает.

     • Православие — это не просто обряд, верование, поведение или что-то в этом роде, что носят как некий признак христианства, оставаясь при этом духовно мертвыми. Нет, это живая стихия, которая преображает человека, сообщает ему силы жить в самых трудных и ужасных условиях и готовит его к мирному переходу в вечность.

     • Без [сердечной боли] нельзя применить учения святых отцов к собственной жизни. Можно достичь высочайшего уровня понимания умом учения святых отцов, можно «от зубов» их цитировать на любую тему, можно иметь «духовный опыт», который кажется таким, как его описывают в отеческих книгах, можно даже в совершенстве знать все ловушки, в которые можно впасть в духовной жизни, и все же, без сердечной боли, можно остаться безплодной смоковницей.

     • Каждый может отпасть от веры; или же мы окажемся столь скверными образцами православия для себя самих и для окружающих, что оно не принесет плодов.

     • Первый серьезный промах, который лишает нас плодов святой веры и заглушает голос нашего свидетельства о ней — это свободное, «либеральное» отношение к православию. Происходит оно от невежества.

     • Второй промах характерен для новообращенных. Его можно определить как фантазерство и как попытку жить в собственных фантазиях вместо реального мира... Так появляются у нас отшельники-пустынножители, неспособные провести хотя бы неделю в послушании в обычном монастыре; иные толкуют о возвышенных молитвенных состояниях, не упуская возможности огрызнуться по любому малейшему поводу; другие мечтают об обращении целых городов, не в силах ужиться даже со своими ближними; и так далее.

     • Сами по себе такие мечты еще не грех, но если они отрываются от конкретной решимости день за днем вести православную жизнь в ее самой простой, будничной форме — они останутся бесплодными.

     • Еще один промах, который встречается среди православных, и особенно болезненный для тех, кто еще не пришел к вере, можно назвать «холодным формализмом»: все внимание — внешней стороне православия, словно наша вера заключается в церемониях и официальных актах. В такую же ошибку впадали первосвященники и фарисеи во времена Спасителя: если церковная жизнь организована и отлажена, если все делается по официальному указанию священноначалия, если службы выполняются без ошибок и выглядят внушительно — тогда можно преспокойно забыть, о чем говорит Евангелие, и распять Самого Христа без зазрения совести...

     • Последнее заблуждение — это склад ума, который можно назвать «осадным положением»: иным кажется, что если православие — это истинная вера, то в наши тревожные времена все усилия надо сосредоточить на защите ее от подступившего со всех сторон врага.

     • Очень часто подобный взгляд распространяется на поиски «предателей» и «еретиков» в православной среде; причем столь много внимания уделяется собственному «соблюдению правил» и «несоблюдению» у оппонентов, что не остается никаких сил на проповедь Евангелия спасения даже среди православных, не говоря уж об окружающем мире.

     • Непросто в наше время сохранить искру истинного православия. Наша вера сегодня (как, впрочем, и всегда) — это «страждущее православие», как назвал ее святитель Григорий Богослов.

     • Без постоянной, сознательной духовной борьбы православная жизнь может превратиться в «оранжерею» с искусственной атмосферой, где внешние атрибуты православия услаждают и расслабляют душу, никак не воздействуя на нее, — вместо того, чтобы мобилизовать ее на путь к спасению. Как часто даже самые лучшие общины, приобретая благосостояние и известность, теряют сердечный жар и единодушие прежних трудных лет! Для подлинной богоугодной христианской жизни нет и не может быть никакой «формулы успеха»; любая внешняя особенность рискует оборотиться фальшью, если душа не идет по верному пути, не трепещет перед Господом, не держит на первом месте Его святых заповедей и всего, что Божие, во всякое время.

     • В страданиях, в борьбе за сохранение веры и образа жизни, глядя на неизмеримо более тяжкие страдания и борьбу других верующих, давайте исполнимся решимостью не сдаваться, чего бы нам это ни стоило.

     • В этой жизни все проходит. Остается только Господь; только ради Него имеет смысл вести борьбу. Перед нами два пути: путь современного мира, ведущий прочь от Бога, и путь жизни, ведущий к Нему. Господь зовет нас, и наше сердце ищет Его. Какой путь мы выбираем?

     • Пускай глубоко в наших сердцах укоренится решимость преподобного Германа Аляскинского: «Давайте же, от сего дня, от сего часа, от сей минуты, любить Бога превыше всего».

    Подготовил протоиерей Петр Перекрестов к 25-летию со дня кончины иеромонаха Серафима (Роуза; ум. 02.09.1982)


    Журнал Московской Патриархии, № 9 сентябрь 2012 г.

    В начало

    336x280
    Православный интернет-магазин
     
    Rambler's Top100