Старица Ольга (Мария Ложкина)

Дата публикации или обновления 30.11.2017
  • К оглавлению: Православный женский журнал «Славянка»
  • К оглавлению раздела: Обзор православной прессы

  • Сокровища часто бывают сокрыты от людских глаз. Относится это и к удивительным святыням, благодатным местам, и к людям, посвятившим свою жизнь небесному царю. Сотни людей ежедневно проходят, пробегают и проезжают таганскую площадь, не зная, что среди транспортного шума, огней супермаркетов, многочисленных кафе и баров затерялся двухэтажный кирпичный дом на углу большого дровяного и известкового переулков. там в полуподвальном помещении жила удивительная старица ХХ века, блаженная схимонахиня Ольга (Ложкина).

    Осталось очень мало сведений о жизни матушки, сама она не любила рассказывать о себе. Однако известно, что родилась она в 1871 году в Егорьевске Московской губернии в многодетной дворянской семье.

    В отроческом возрасте Мария Ложкина (будущая схимонахиня Ольга) ушла в Каширский Никитский женский монастырь Тульской губернии, где позже приняла монашеский постриг с именем Моисея. В монастыре матушка шила и стегала одеяла. Когда монастырь закрывали, матушку жестоко избили, пробили череп и выселили из обители, как и остальных сестер. Одна из монахинь, дочь богатого купца, после закрытия монастыря ушла в дом отца и забрала с собой матушку Моисею.

    В схиму с именем Ольга матушку постригал схиархимандрит Амвросий (Иванов) Балабановский (продолжатель Оптинского старчества). Потом в ее жизни был ГУЛАГ, но об этом периоде жизни старицы почти ничего не известно. А вот о жизни в Москве остались воспоминания ее духовных чад.

    В столице матушка Ольга поселилась неподалеку от Таганской площади, в крошечной комнатке полуподвального помещения двухэтажного кирпичного дома. Кельей матушки была угловая комната площадью около пяти квадратных метров, с одним окошком. В ней стояли топчан из досок, маленький столик, два стула, и висели несколько икон. Дверь из комнаты матушки открывалась на кухню, где стояла печка.

    Другую комнату занимали соседи, которые нещадно издевались над подвижницей. Протопив печь, они закрывали вьюшку раньше, чем положено, и уходили из дома в надежде на то, что матушка угорит.

    Соседи грозили ей, что если старица выйдет из дома, то ее не впустят в квартиру, обещали отправить в сумасшедший дом, не позволяли самой топить печь - так что в морозы матушка сидела в холодной комнате и не могла согреть себе даже чаю.

    Пенсии матушка не получала и, когда соседей не было дома, ходила в столовую, собирала с тарелок кусочки хлеба, остатки еды - тем и питалась.

    Так матушка прожила почти пятнадцать лет, пока с ней не познакомилась ее будущая опекунша Акилина Никитична Рыбалко. Вот что она рассказывает о их встрече с матушкой:

    «Шла я со службы из храма Покрова на Землянке. Вижу бабушку, которая меня как будто поджидает. Предложила ей помочь перейти через дорогу, зашли мы в булочную, купили по булочке. Я ее спросила: "А вы не монахиня?

    Можно посмотреть, где вы живете?" Она повела меня к своему двухэтажному домику, зашли мы в ее комнатку, она и спросила меня: "Как тебя зовут?" - "Акилина". - "А-а-а, значит, мать Лина". С этого времени все матушкины чада звали меня "мать Лина". Произошло это знакомство в последний год Великой Отечественной войны».

    Мать Лина, как могла, старалась помогать матушке. Однажды соседи отправили матушку Ольгу в психиатрическую больницу. Там она отказывалась вкушать пищу, ее связывали, разжимали рот и насильно кормили. Мать Лина узнала, что вызволить матушку из больницы можно, но только оформив на нее опекунство.

    Тогда она собрала все необходимые справки, стала официальным опекуном старицы и забрала ее из больницы.

    Мать Лина добилась в милиции, где работал жестокий сосед матушки, чтобы ее пускали в комнату к пожилой подопечной. До этого опекунша передавала матушке еду через форточку, которая была совсем невысоко над землей. Долгие годы невольного затвора в этой келье старица Ольга почти не видела горячей пищи. Поэтому мать Лина варила картошку или кашу, укутывала кастрюльку в одеяло и приносила матушке.

    «Уже сразу после войны к матушке стали приходить за помощью больные, - вспоминает мать Лина. - Матушка их перекрестит, помажет маслом от лампады - и они исцелялись. Одно из первых таких исцелений произошло, когда пришел мужчина с воспалением уха. Врачи хотели делать ему операцию. Но матушка помазала больное место маслом, и ухо стало здоровым.

    Со временем людской поток к матушке увеличился, и соседи стали писать на нее доносы, вызывали милицию и добились, чтобы ее опять забрали в психиатрическую больницу. Там она пробыла около года. Сначала врачи обращались с ней плохо, но потом полюбили ее. Когда матушку все же выпустили и чада приехали забирать ее из больницы, врачи сказали: "Мы так привыкли к ней! Как она перекрестит буйных больных, так они успокаиваются и спят потом". Так Господь являл Свою силу через хрупкую матушку.

    К сожалению, старица не разрешала ее фотографировать и писать с нее портреты. Когда ее все же пытались сфотографировать, она не пряталась от объектива, но говорила: "Ничего у вас не получится". И каждый раз негативы оказывались засвеченными. Однако по рассказам ее духовных чад мы можем воссоздать ее портрет. Матушка Ольга была небольшого роста, изящно-худощавая, глаза темно-карие, одухотворенные, неземные глаза. Волосы седые, лицо у матушки интеллигентное, красивое - княгиня...

    Очень тонкая, благородная кожа, руки были очень сильные... У блаженной старицы были удивительно благородные движения, походка, жесты. Никогда ничего лишнего, все точно, решительно. Всегда она была собранной, готовой в любой момент к действию. Многие видевшие ее удивлялись тому, что ее лицо менялось: иногда она выглядела совсем старой, древней, иногда казалась молодой, с сияющими глазами».

    * * *

    Когда соседи матушки Ольги получили квартиру и съехали, к матушке пошел нескончаемый поток людей. Поначалу приходили из ЖЭКа со смотровыми ордерами на подселение, но увидев, что в доме печное отопление, нет горячей воды и прочих удобств, отказывались от комнаты. Матушка говорила своим духовным чадам: «Никто здесь не поселится». Так и вышло - всю квартиру оформили на матушку, здесь она и принимала приходивших к ней. Соседи не прекращали писать на нее доносы, приезжала милиция, забирала ее. Но матушка всегда заранее знала, что придут милиционеры, радушно встречала их на пороге, как самых дорогих гостей, приглашала выпить чаю, посидеть с ней.

    Со временем в доме матушки провели центральное отопление, но печь, обложенная кафельной плиткой, осталась. Старица однажды сказала, указывая на печь: «Я эту печку так накалила, что вы не замерзнете». Удивительно точны эти слова - огненная молитва матушки согревала сердца и души приходивших к ней людей, утешала, исцеляла от недугов и скорбей.

    * * *

    Духовные чада старицы рассказывали, что от нее исходило чувство необычайной духовной радости, она умела передавать эту радость взглядом, прикосновением руки - в душах страждущих людей после этого наступал покой, скорби уходили.

    Из воспоминаний духовной дочери блаженной старицы Ольги:

    «Придешь к ней в дом, а там ожидают тридцать-сорок человек. Со всеми матушка беседует, наставляет, дает советы, всех кормит, поит чаем... Сейчас вспоминаем, как же велика была она пред Господом: видела прошлое, настоящее и будущее, ей открывалось главное о человеке, о его духовном устроении, о том, что его ожидает в жизни. Кому было полезно, она открывала прямо, но часто говорила иносказательно, иногда действием - юродствуя... А чад своих он всегда уговаривала: "Молитесь, доченьки, молитесь! Мир молитвой держится!" Часто обличала она пришедших так, что было понятно только тому, кто был грешен этим грехом...

    Но иногда делала это при всех, чтобы устыдить. Она предсказывала грядущие скорби и искушения, чтобы люди встретили их мужественно, с молитвой. С великой любовью обращалась всегда матушка к Божией Матери, очень любила праздники в Ее честь. Особенно почитала Казанский образ Божией Матери».

    * * *

    Старица непрестанно молилась, ночью ее никто не видел спящей. Обычно она одевалась во все монашеское и уходила куда-то молиться на ночь. Если оставалась в доме, то всю ночь ходила по комнатам, шептала что-то, молча стояла у икон и снова ходила по комнатам, делала множество земных поклонов. Старица заставляла и своих духовных чад больше молиться, читать духовные книги. После таких соборных молитв она вся сияла. Часто старица в сопровождении одной из духовных дочерей совершала многочасовые походы по Москве. Она останавливалась около закрытых храмов и молилась, приближая то время, когда они, наконец, будут открыты...

    Вот что об этом рассказывает Александр Трофимов:

    «Матушка Ольга многих из своих чад посылала ходить молиться в разрушенные московские монастыри и храмы, и каждое такое посещение дарило паломникам удивительную радость. Часто в этих оскверненных, полуразрушенных святынях получали они исцеления от недугов, болезней, тяжелых душевных состояний.

    Матушка не раз повторяла: "Все это откроется со временем. Молитесь, нет закрытых храмов. Молитесь - и все откроется!"

    Вспоминают, как однажды подошла старица к храму святого Мартина Исповедника у Таганки (на Большой Коммунистической улице). На дверях закрытого храма - огромный замок, а матушка говорит сопровождавшей ее духовной дочери: "Слышишь? Служба идет, пойдем молиться". - "Да ведь он, матушка, недействующий". - "Что ты, что ты! Разве не слышишь - поют! Нужно Господа просить, ведь люди погибают, нужно молиться - и все откроет Господь!"».

    Блаженная старица была особенно близка по духу к покровителю Москвы - святому благоверному князю Даниилу Московскому. В пятидесятые годы двадцатого века трудно было себе представить, что когда-нибудь откроется для службы Данилов монастырь. И в это трудное время тем, у кого были проблемы с устройством на работу или с жильем в Москве, она советовала заказывать молебен благоверному князю Даниилу Московскому.

    С каждым матушка разговаривала по-своему. Духовные чада старицы рассказывали, что когда к ней приходили с горем или скорбью, она всегда принимала всех с материнской любовью, после беседы обязательно молилась со страждущими. Говорила она обычно немного - только самое необходимое, все больше молилась. Бывало, у больного ничего не спрашивает, а подойдет и начнет гладить по руке, по голове, приговаривая: «Ручка болит, головка болит». К удивлению больных, боль сразу проходила, печаль отступала. Для больных, которые не могли сами прийти, передавала свои платки. Больные прикладывали платки к больным местам и получали облегчение...

    По свидетельству очевидцев, старица Ольга утешала страждущих до тех пор, пока не уходила скорбь, часто даже оставляла ночевать, укладывала на свою кровать, укрывала одеялом, гладила по голове, приговаривая: «Замерзла, бедная девочка, дадим ей мою одежду, сейчас согреем тебя, надень мой платочек», - и по молитве старицы уходили тревожные мысли, отступала боль. Блаженная Ольга часто брала на себя болезни людей.

    Бывали случаи, когда после того, как больной человек уходил от нее счастливым и обновленным, старице становилось плохо. Однажды к старице Ольге пришла женщина с больными легкими. Матушка положила ее на кровать и долго била по спине ладонями. Больная после этого выздоровела, а матушку несколько дней рвало, она испытывала сильнейшие боли.

    Матушка провидела, с какой болезнью придет к ней человек. Однажды взяла веревку и стала заматывать ногу, баюкает ее, видно, что ей было больно... Вдруг приходит женщина и говорит: «Я пришла за благословением к матушке: очень у меня нога болела, но пока шла, все как будто прошло и не болит».

    Пришла к матушке женщина с больной дочерью, которая день и ночь кричала от боли. Матушка накрыла девочку своим платком, перекрестила и сказала: «Хорошая девочка будет». После этого девочка два дня спала, не просыпаясь, мать находилась рядом. Проснулась дочь здоровой.

    Как-то раз схимонахиня Ольга приехала на дачу к своим знакомым. Там она залезла на забор и стала кричать на всю улицу: «Караул, девочку убили, без чулочков, без платьица похоронили! Мой ребенок замерз! Я по-христиански тебя похороню!» Так матушка кричала три дня на весь поселок. Через несколько дней выяснилось, что одна женщина в поселке сделала аборт на седьмом месяце беременности и закопала свою убитую дочь в огороде под снегом.

    Схимонахиня Ольга призывала людей как можно чаще ходить в храмы и участвовать в церковных таинствах. Например, один раз она отказалась изгнать беса из девушки, хотя и была ей дарована Господом благодать изгонять злых духов из людей. Когда эту девушку привела ее мать, схимонахиня Ольга повернулась боком, закрыла глаза ладонью и сказала о бесе: «У-у-у, какой страшный, какой страшный!» Потом она обратилась к матери со словами: «За твой грех блуда дочь будет страдать». Блаженная сказала, что для исцеления дочери женщине надо раскаяться в этом смертном грехе, исповедаться и причаститься. За много лет вперед матушка Ольга предсказала Чернобыльскую катастрофу. Она знала, сколь тяжкие последствия принесет она народу и сделала все возможное, чтобы вымолить, облегчить грядущую тяжесть удара.

    Старица Ольга предсказала и многие другие события в жизни нашей страны... Она говорила: «Страшные времена наступают. Кто веру сохранит? Такие испытания ожидают верующих! Некоторые уже пошли как мученики за веру...» Матушка очень скорбела о будущем России. И вот что рассказывает наша современница Любовь Акелина:

    «Я родилась в Москве и считаю Пятницкую улицу своей родовой улицей. Хорошо помню ее старинную степенность, величавость и запущенность православных храмов. А еще я помню - как некий сон, сквозь забытость детских воспоминаний, - странную женщину, бродившую по улице с огромным мешком за спиной, который она просила помочь ей поднести спешащих по улице людей. Она просила как-то по-особенному ласково, даже любовно. И никто отказать ей не мог. Послушно взваливал человек, мужчина или женщина, непонятный тюк себе на плечи, да и шел за старушкой. И все горести, страхи, обиды - проходили. А была это старица, монахиня Ольга (Ложкина), известная православным москвичам как блаженная, часто повторявшая одни и те же слова: "Москва - это мой город. Я замкнула Москву на замок. Фашисты не войдут в нее". Под конец своей жизни она произнесла еще одну фразу - странную и загадочную: "Возрождение России начнется с возрождения почитания имени преподобной Евфросинии Московской"».

    Как мы знаем из истории, именно во время правления великокняжеской четы святых Димитрия Донского и Евдокии Московской (будущей преподобной Евфросинии Московской) началось духовное возрождение нашего Отечества. После смерти мужа на хрупкие плечи великой княгини Евдокии легли все заботы о государстве и семье.

    Верная и заботливая супруга, многодетная мать, благотворительница, покровительница нуждающихся, православная христианка, преподобная Евфросиния невероятно много сделала для москвичей. На свои личные средства строила она величественные каменные храмы и монастыри, дома для погорельцев, заботилась о бедных, больных, престарелых, вдовах и сиротах.

    В память победы на Куликовом поле великая княгиня Евдокия основала в сердце Москвы, в Московском Кремле, Вознесенский женский монастырь, где и были упокоены ее святые мощи. При жизни люди называли ее матерью, а после кончины - покровительницей.

    Однажды матушка взяла лейку с водой и начала поливать все комнаты - опорожнит лейку и снова поливает со словами: «Пожар-то какой, надо залить, все горит». Келейница сказала: «Матушка, спать пора», а та ответила: «Какое спать, пожар, надо заливать!» Келейница легла спать, а матушка ей из лейки на голову стала лить: «Не спи - молись. Надо пожар заливать!» Так всю ночь пробегала по комнатам, а наутро запела: «Со святыми упокой...», долго стояла перед иконами и молилась.

    На следующий день в газетах появилось сообщение, что потерял управление, сгорел и разбился самолет, в котором летел космонавт Юрий Гагарин.

    * * *

    Приходил не раз к матушке один больной мужчина, отец четверых детей. Работал он на заводе, у него был рак, он слабел с каждым днем, ходил уже согнувшись. У матушки плакал: «Как же я деток оставлю, ведь умру скоро!»

    А она ему сказала однажды за трапезой: «Благослови, батюшка». - «Да как же я вас благословлю, я же не священник, я помру скоро». - «Будешь, будешь благословлять и причащать нас», - ответила матушка. При этом потчевала его, накладывая на тарелку побольше. Он стал есть через силу, за послушание матушке. А та приговаривала: «Ешь, ешь, тебе надо есть». «Дочки» матушки вспоминают теперь, что перед приходом этого мужчины старица Ольга часто говорила: «Сейчас батюшка придет. Приготовьте что-нибудь повкуснее».

    Все вышло по словам старицы. Больной исцелился и стал священником. Матушка многому его научила, буквально - выпестовала. Впоследствии он и ночевал часто в ее доме, и причащал.

    Многим помогала блаженная старица избавиться от назойливых и хульных помыслов. Подойдет и скажет: «У тебя вши голову заели», погладит по голове, и сразу светло становится на душе и чисто в мыслях. Исцеляла матушка Ольга от плотских страстей. Одну из «дочек» матушки очень мучила блудная страсть. Неожиданно старица пришла к ней в дом сама, провидя состояние своего духовного чада. Как раз в этот момент хозяйка дома поставила на газовую плиту бак с бельем. Матушка взяла хозяйку дома под ручку и сказала: «Пойдем, погуляем».

    - «Матушка, у меня газ горит, я стираю». - «Ничего не случится, пойдем погуляем». До вечера бегала старица с этой женщиной по Москве, пока та не дошла до изнеможения. Плакала, просила матушку отпустить ее - ведь в доме газ горит, и она уже не может ходить. Но матушка была неумолима. Наконец, уже вечером, где-то на окраине Москвы сказала: «Ну, теперь все в порядке, поедем на лошадке». Взяли такси и доехали до дома. Удивительно, но с бельем ничего не случилось. А после «прогулки» блудная страсть совсем оставила эту женщину. Такие «прогулки» матушка совершала и с другими, кого мучили плотские грехи.

    * * *

    Одна из духовных чад матушки Ольги шла как-то к ней и заблудилась, никак не могла выйти к Таганке.

    Неожиданно стало плохо с сердцем. Прислонилась она к стене дома, стоит и не может понять, где она находится, куда идти дальше. Тогда прямо вслух громко сказала: «Матушка, помоги, я заблудилась». И вдруг легче стало с сердцем, пошла она вдоль улицы и скоро была у знакомого дома. Матушка Ольга стояла у открытой двери и ждала: «А мы тебя ждем, садись с нами ужинать». Потом другие чада рассказали, что матушка не благословляла трапезу, хотя стол был давно накрыт, и говорила: «Девочка заблудилась, подождем ее».

    Сама матушка часто говорила громко, как бы в воздух, и других заставляла. И слова эти «слышны» были на больших расстояниях, в Москве и даже в других городах.

    Однажды старица шла по улице и вдруг сказала сопровождавшей ее: «Давай покричим Марии, что придем к ней скоро, пусть потерпит». И они вместе закричали: «Мария, ты болеешь? Мы придем к тебе, потерпи!» Потом эта Мария рассказала, что ей стало очень тяжело в болезни, не было сил к матушке съездить и передать весточку не с кем. Тогда она прямо вслух сказала: «Матушка, помоги, мне плохо», - и услышала: «Мария, мы придем к тебе, потерпи!»

    Очень любила старица кошек, особенно маленьких котят, называла их «сыночками», кормила с руки, общалась с ними, как с людьми, беседовала. У одной из матушкиных чад дочь дружила с парнем, думали, что они поженятся, но когда парень узнал, что девушка в положении, бросил ее. Людмила, так звали девушку, была в отчаянии и даже пыталась броситься под трамвай. И вот, матушка послала Людмиле маленького котеночка. Этот котеночек совершенно ее изменил. Она стала ухаживать за ним, кормила его с рук - и отвлеклась от печальных дум. В семье воцарился мир. .

    ..В одной семье не было лада. Матушка подарила им котенка - и как будто кошка всех примирила! Конечно же, примирила их молитва старицы.

    Однажды взяла матушка на руки кошку и говорит: «Ой, котик бедный, ножка заболела». Велела принести спирту, сделала компресс на ногу. В этот же день пришла к матушке за помощью женщина с больной ногой - пришла хромая, ушла исцеленной. Заметили, что матушка проявляла внимание к кошкам перед тем, как приходили люди, особо нуждающиеся в ласке, тепле, заботливом отношении. Возьмет матушка котенка, прижмет его к себе и говорит: «Надо согреть, накормить, напоить; замерз, бедный». Нальет ему в свое блюдце молока, положит сметану, кусочки печенья и кормит котенка. И, как правило, приходит после этого «замерзший» человек.

    Многих привечала матушка Ольга, шли к ней и миряне, и священнослужители за советом и исцелением от телесных и душевных недугов. Она отошла ко Господу 23 января 1973 года, прожив на земле 102 года. Не прекращается людской поток к могиле матушки и сейчас.

    Блаженная старица покоится на Калитниковском кладбище в Москве.

    Подготовила Елена Варова


    Источник материала: православный женский журнал «Славянка», январь – февраль 2015 г.

    Сайт журнала: http://www.slavianka.com

    В начало



    Как вылечить псориаз, витилиго, нейродермит, экзему, остановить выпадение волос
     
    Навигация
    Rambler's Top100