Игумения Мария (Марион Робинсон)

Дата публикации или обновления 01.02.2016
  • К оглавлению: Гефсиманская обитель.
  • Гефсиманская обитель.
    Игумения Мария (Марион Робинсон, 1896 - 1969 гг.).

    Матушка Мария родилась 8 июля 1896 года в г. Глазго (Шотландия). Мать - чистокровная шотландка, родом из помещичьей семьи. Отец - полуирландец, пресвитер Шотландской церкви, окончил университет в Гейдельберге (Германия) и впоследствии написал книгу о Христе под названием «Иисус Христос в новом освещении», в которой высказывал свое мнение о Воскресении Христовом, развивал личные мнения, считая Спасителя за духоносного человека. Появление этой книги повлекло за собой отлучение его от церкви, вскоре после чего он заболел туберкулезом и умер. В то время одиннадцатилетняя Марион гостила у друзей и в ночь на 4 декабря во сне услышала голос, что ее отец при смерти. В испуге девочка проснулась и уже не смогла уснуть, а утром за ней приехали, чтобы отвезти домой, поскольку ночью скончался отец. С этого момента можно говорить о так называемой мистической одаренности матушки Марии, которой она всюду так выделялась среди людей, которые ее окружали. В 17 лет Марион сама заболела туберкулезом и оказалась на излечении в санатории, где ей было видение Неопалимой Купины. Предчувствие будущих скорбей?

    У Марион было два младших брата и старшая сестра. Последняя рано вышла замуж, отошла от Бога, и дальнейший контакт между сестрами не сложился. К братьям она была очень привязана, но они рано ушли из жизни. Геральд погиб на фронте в 17-м году. Накануне Рождества мать получила телеграмму, где он сообщал о своем приезде. И, несказанно обрадовавшись, она поджидала сына, как вдруг он пришел к ней во сне: «Не жди меня, но очень скоро мы будем вместе». После праздников пришла похоронная на Геральда. Через два месяца скончалась мать.

    Израиль, Иерусалим. Купола церкви Св. Марии Магдалины. Изображающая св. Марию Магдалину мозаика над входом в церковь.
    Купола церкви Св. Марии Магдалины. Изображающая св. Марию Магдалину мозаика над входом в церковь.

    Второй брат, Нигель, был слаб здоровьем и тоже лечился в санатории. Однако излечившись от туберкулеза, он по причине семейных несчастий впал в меланхолию, истощил себя до крайности и рано умер. В доме никогда не говорили о душевных состояниях, поэтому матушка Мария вдвойне переживала все семейные испытания, которые, по счастью, не сломили, а напротив, закалили ее. И уже с молодости решила она посвятить себя Богу и миссионерскому служению ближнему.

    Образование матушка получила в Шотландии, в женском колледже св. Леонарда, закончив его в 1914 году. Затем прошла полный двухгодичный курс сестер милосердия в Ливерпульском детском госпитале по специальности «детские заболевания и уход за больными детьми», по окончании которого (1919) получила диплом с похвальным отзывом. После чего прошла полный пятилетний курс медицинского образования в Лондонском госпитале(1919-1923), окончив его опять же с дипломом и с похвальным листом. И в довершение всего - учеба на факультете социальных наук при Белфордском университете в Лондоне (диплом в 1926 году).

    После чего она проработала 4 года на государственной службе, получила конфирмацию High Church в Лондонском соборе св. Павла от лондонского архиепископа и поступила послушницей в монашескую общину Христа Спасителя Исцеляющего. С группой священников и женских сотрудниц была послана на послушание в Индию, в город Пуна, в епархию архиепископа Бомбея, с благословения которого основала там молитвенный миссионерский центр - Дом для приходящих больных с целью духовной и физической помощи страждущим. Пострижение в монашество по чину Высшей Англиканской Церкви с пожизненными обетами и с именем Стеллы произошло 10 августа 1929 года.

    В 1932 году, будучи вызванной по делам общины в Лондон, она возвращалась в Индию, на место своего послушания, когда почувствовала непреодолимое желание поклониться Живоносному Гробу Господню в св. граде Иерусалиме. Уже находясь в пути, она сменила маршрут и 11 мая 1932 года прибыла в св. град Иерусалим. Там, по неисповедимой воле Божией и после глубоких переживаний, приняла православие и до конца своих дней (ум. 20.11.1969) оставалась в Общине, ею же основанной - нынешней Гефсиманской обители. 9 октября 1936 года монахиня Мария была возведена в сан игумений, а на Лазареву Субботу 1937 года в Вифании состоялось открытие школы-интерната для православных арабских девочек. Чуть позже там же открылась иконописная школа живописи под руководством художницы Татьяны Косинской. Через полтора года школа перешла в разряд средне образовательных училищ и стала женской гимназией с правом полноценного английского колледжа и с получением диплома (matriculation) по ее окончании.

    Торжественное освящение нового здания Вифанской школы было совершено митрополитом Анастасием в 1939 году. В том же году, 1 сентября, была объявлена Вторая мировая война и связь с владыкой Анастасием прервалась. Жизнь молодой общины была затруднительной, но благодаря матушке Марии, которая все причитавшиеся ей наследные деньги переводила на монастырь, а также благодаря отзывчивости ее тети и родственников мать Марфы, постоянно поступала материальная помощь. Все это время матушка Мария искала возможность списаться с митрополитом Анастасием.

    Первое извещение, полученное через Красный Крест, пришло от него из Баварии в 1944 году. Тем временем в Гефсимании под руководством архим. Серафима (Седова) совершались все церковные службы по уставу Русских Православных монастырей, и сестры продолжали свою монашескую жизнь - несли послушания и зарабатывали деньги рукоделием и, как впоследствии говорила матушка Варвара, «иными способами по умению».

    В 1946 году занятия в Вифанской школе прервались, поскольку здание матушка Мария посчитала нужным сдать на несколько месяцев под общежитие для дочерей польских воинов. В том же году в Женеве Митрополит Анастасий, уже глава Русской Зарубежной церкви, совершил чин монашеского пострига Вел. княжны Татьяны Константиновны, дочери Вел. Князя Константина Константиновича. И вскоре монахиня Тамара отбыла на Святую Землю, в Гефсиманскую обитель.

    Вторая мировая война и разгром Германии в очередной раз перекроили карту мира, вызвав вынужденное перемещение множества людей во все концы света. В результате чего женские монастыри на Святой Земле, в том числе и Гефсиманская обитель, пополнились насельницами. В основном из Бессарабии, а также из лагерей для перемещенных лиц (ДиПи) в Европе, где они находились в ожидании определения будущего проживания, организацией которого занимался митрополит Анастасий.

    В 1948 году прекратил свое существование английский мандат в Палестине, а в мае того же года началась арабо-израильская война, внесшая внезапное изменение всего существующего режима в стране. Повсюду велись военные действия. Матушке Марии и мать Марфе, как великобританским подданным, неоднократно предлагалось покинуть Палестину и вернуться в Англию, но они наотрез отказывались. Игумения Мария спешным порядком обратила здание школы в военный госпиталь и выхлопотала правозащитную опеку Красного Креста. Во главе госпиталя оказался один из четырех оставшихся докторов, а сестрами милосердия стали учительницы Вифанской школы, старшие ученицы и монахини, проживавшие в Вифании. С первого дня госпиталь был полон, а врата Вифании и Гефсимании были открыты русским и арабским беженцам. Заселены были даже пещеры. Благодаря госпиталю Община получала продуктовую помощь от Красного Креста. Продукты доставлялись под непрерывным обстрелом. Несмотря на обстрелы, продолжались и занятия с оставшимися воспитанницами в Вифании, куда время от времени подбрасывали детей и из других школ.

    Продолжала работать и амбулатория. И, конечно же, не прекращались службы в Гефсиманском храме. Словом, Вифанская община действовала активно, хотя оскудение чувствовалось во всем. Но Бог не оставлял сестер, и много чудес видели они в излиянии милости Господней.

    К примеру, когда за гроши продавали все, что только было возможным продать, кто-то положил крупную сумму денег на подоконник раскрытого окна «нижнего» гефсиманского домика. Матушка Мария воодушевляла своих сестер и окружающих, утешая беженцев, давала им приют и помощь от скудости своей, показывая великий пример любви с несомненной верой и терпением. Но беда не приходит в одиночку. Война вызвала раздел Иерусалима и Палестины между Израилем и Иорданией. К тому времени у Сталина уже вызрел повышенный стратегический интерес к странам Ближнего Востока, и кремлевская администрация заявила о своих правах на русское церковное имущество в Палестине. Как известно, правительство нового израильского государства, на чьей территории оказалось большинство земельных владений, которые в свое время архим. Антонин приобрел для Духовной Миссии и которые все эти годы охранялись измученными, лишенными родины русскими людьми от посягательств на них инославными, пошло навстречу «религиозным устремлениям» Сталина. И как знать, какая на сегодняшний день сложилась бы «русская ситуация» на Святой Земле, не приди тогда в коварную сталинскую голову этот план. Вскоре же начались настойчивые попытки уговорить и правительство Трансиорданья передать Москве все русские участки, находившиеся на его территории. Давление производилось и через Иерусалимского Патриарха, который мерами церковных прещений пытался повлиять на тогдашнего начальника РДМ, убежденного монархиста и антикоммуниста архим. Антония (Сенкевича).

    Вифания и Гефсимания административно находились на территории Трансиорданья, входившего в состав Иорданского Королевства. Однако все попытки склонить арабов пойти по пути Израиля и согласиться с присутствием на своей территории выходцев из коммунистической страны, пусть даже священнослужителей, оказались тщетными. Присутствие их расценивалось тогда как крайне нежелательное. Однако же политическая ситуация могла поменяться в любой момент, отчего игумения Мария и пребывала в постоянном страхе за судьбу своей общины, целиком состоявшую из антикоммунистически настроенных насельниц, за арабских школьниц и за судьбу вверенных ей гробниц с останками новомучениц Вел. княгини Елисаветы и ее келейницы Варвары на случай, если святыню не удастся сберечь от посягательств безбожников. И для решения этих вопросов матушка Мария в сопровождении монахини Варвары отбывает в Лондон.

    Проездом они останавливаются в Бейруте, где имеют аудиенцию с митрополитом Ливанским Илией. И уже из Лондона им наконец-то удается поехать в Мюнхен к митрополиту Анастасию. Связь восстанавливается, и вскоре на Святую Землю прибывает архим. Димитрий (Биакай), назначенный духовником Вифанской Общины и позднее начальником Миссии. Вместе с ним прибывает и группа сестер из Европы - очередное пополнение для общины. В отсутствие матушек руководство Общиной переходит к архим. Серафиму (Седову) и монахине Тамаре (Вел. княжне Татьяне Константиновне), имевшей большой авторитет у Иерусалимского Патриарха и у короля Иордании. О результатах поездки можно судить по тогдашней прессе.

    Из газеты « Православная Русь», 1950, № 3

    Жизнь Вифанской Общины, возглавляемой игуменией Марией и находящейся в Трансиорданъе, протекает в мире и спокойствии под общим покровительством правительства короля Абдуллаха, которое относится с большим доброжелательством к христианским святыням. И, в частности, к русским православным. Вифанская община сохраняет самые добрые отношения с церковными властями. /.. ./ По временам сестры причащаются у Гроба Господня.


    После окончания войны госпиталь закрылся, и школа начала восстанавливать свою деятельность, хотя уже и на других началах. Образовался специальный класс по подготовке сестер милосердия. Помимо учебных занятий девочки занимались иконописью, музыкой, вышиванием, кройкой и шитьем.

    Матушка Мария ценила красоту во всех ее проявлениях - в музыке, в поэзии, в живописи. Однажды в ее честь в Вифании был устроен детский спектакль, и как же он ей не понравился из-за отсутствия вкуса. Она считала, что приобщать детей к благообразию и к возвышающему душу чувству красоты необходимо с раннего детства. И неоднократно беседовала на эту тему с учительницами, помогая им составлять концертные программы. Особенно чутко переживала она стихию природных явлений и неоднократно придавала тому духовное значение.

    Из воспоминаний мон. Евгении (Елена Виницкая), Париж

    В одном письме матушка чудно описала, как в Духов день наблюдала игру солнца в Гефсимании: «Солнце воистину играло. Оно как мячик меняло место - то вверх, то вниз, то вправо, то влево, и снова и снова. Оно меняло свой цвет - то зеленое, то розовое, то голубое, то золотое, то лиловое, или окружало себя другим цветом, что было необычайно красиво. Оно вертелось в своем сияющем разноцветном блеске, но внезапно остановилось, задрожало и закачалось. Это продолжалось с минуту, а потом солнце сразу же устремилось вниз, как будто бы на землю и на нас. Страшно и чудесно! Но, остановившись на секунду, оно быстро поднялось на свое место. И это чудесное явление мы наблюдали минут двадцать. Явление величественное, радостное и торжествующее. Сестры вспомнили, что подобные необычные явления бывали на Пасху и в России. Это знамение небесное - знамение победы церкви - в утешение нам грешным, унылым, малодушным».


    Начиная с момента образования общины, «нижний» домик перестал сдаваться в аренду. Отныне в нем размещались игуменская, сестринские кельи и канцелярия. Пристроили к нему и небольшую кухню, хорошо знакомую паломникам и прихожанам храма, а чуть выше построили жилой дом с четырьмя большими кельями - нынешнюю гостиницу. В свое время в каждой келье размещалось по две сестры, сейчас же в них уплотнились, поскольку спрос на гостиницу превышает ее возможности.

    Насельниц в общину все прибывало, и некоторые жили под самим храмом, в его нижних помещениях, хотя изначально там была устроена большая трапезная. И любопытно, что попасть в крипту-усыпальницу новомучениц можно было только из этой трапезной.

    Из воспоминаний епископа Алексея, 1928

    За дверью из трапезной имеется особое помещение, где покоится тело Великой Княгини Елисаветы Федоровны и ее слуги Варвары. Раньше доступ в эту комнату был легким, а теперь он возможен только с разрешения сестры убиенной В. Кн. Елисаветы - принцессы Виктории Прусской. На двери два больших замка и печати, а над дверью иконы с неугасимой лампадой. Сестры уверяют, что за годы пребывания не заметили признаков тления.


    В 1981 году, после прославления Русской Зарубежной Церковью обеих преподобномучениц, гробы с их останками были перенесены в сам храм.

    Матушка Мария по-прежнему несла свое первое гефсиманское послушание -хранительницы усыпальницы новомучениц. Но не только. Главное ее послушание заключалось теперь в последовании жизненному примеру Великой княгини. Судьбы обеих оказались во многом схожи: обе приняли православие из инославия, обе основали очаги молитвы и милосердия, обе любили Святую Землю и обе полюбили Россию. И не оттого ли, что души их были сродными, они и встретились духовно в Гефсиманском саду, у гроба Великой княгини? И не оттого ли встреча эта определила духовный путь англиканской монахини Стеллы, преобразившейся в будущую гефсиманскую игумению Марию?

    Убийство семьи Романовых и Вел. княгини Елисаветы Федоровны матушка игумения Мария переживала как истинно русская: «Купола храма нашей святой Марии Магдалины заблестят новым золотом, когда с них снимут траур, когда возродится Россия», - говорила она.

    Далее: Из жизни Вифанской общины. 1948-1983 гг.
    В начало

     
    Rambler's Top100