Собрание древнерусской живописи. Четвертый зал

Дата публикации или обновления 01.05.2017
  • К оглавлению: Музей-заповедник Ростовский Кремль
  • Четвертый зал

    Замечательны иконы, экспонируемые в четвертом зале. Здесь как будто специально собраны произведения, показывающие все многообразие типажей древнерусского изобразительного искусства, его композиционное и сюжетное богатство. Как и иконы из предыдущего зала, некоторые из них некогда размещались в иконостасах: иконы «Спас» и «Иоанн Предтеча» — в деисусном чине, сдержанная по колориту, многофигурная икона «Покров Богоматери» — в праздничном чине, а «Богоматерь Владимирская» явно происходит из так называемого местного чина.

    Она всегда занимала место в самом нижнем ярусе слева от царских врат. Произведение это датируется началом XVI века. Сюжет его нам уже знаком: точно такая же икона экспонируется в первом зале, однако изображение из четвертого зала по живописи сдержаннее, строже.

    К концу XV — началу XVI веков относится деисусный чин из села Ивашево. Полностью он не сохранился, поэтому сейчас невозможно говорить о его составе. Да и из восьми существующих икон пока отреставрировано только три: «Архангел Гавриил», «Апостол Павел» и «Никола Чудотворец». По всему чувствуется, что чин писали несколько мастеров. Особенно это заметно при сравнении икон Павла и Николы. Различие кроется уже в самом подходе мастеров к изобразительной плоскости, в данном случае — к доске, и в принципах компоновки фигур на этой плоскости.

    Фигура апостола Павла вписана в пространство доски легко и свободно. Вокруг нее ровно столько свободного пространства, что его, кажется, нельзя ни прибавить, ни убавить, не нарушив точно выверенного пропорционального соотношения фигуры к доске. Павел сделал шаг вперед, он идет, и его движение вполне ощутимо еще и потому, что впереди него, по всем законам композиции, оставлено больше свободного места, чем сзади. Возник живой и динамичный образ.

    Красива фигура Павла по силуэту, но главная прелесть иконы все же в ее живописи. Уверенной рукой мастера довольно объемно написана голова апостола с могучим лбом мыслителя и отрешенным взглядом. Объемна и фигура Павла. Его одежда проработана плавными, ложащимися по форме тела складками холодного, как бы светящегося изнутри цвета. Но это не моделировка фигуры в современном ее понимании, с тщательной прорисовкой всех складок и морщинок. И рисунок, и цвет разделки одежды Павла условны, как условна сама древнерусская живопись.

    Фигура Николы несколько грузновата, ей, кажется, мало места в ковчеге, и она выходит за его пределы (рука и нимб), а сзади фигура срезана вертикальной линией рамки. Фигура Николы статична, и поэтому ее смещение к правому краю ковчега нарушает композиционное равновесие иконы. Статичность фигуры подчеркивается совершенно плоскостной прорисовкой одежды. Крестчатая фелонь Николы смотрится плоским декоративным пятном. Декоративность иконы усиливается за счет большого числа жемчуга и многоцветных камней, изображенных на окладе Евангелия. Эта особенность делает ее не менее ценной и привлекательной, чем икону апостола Павла. И здесь видна рука большого мастера, хорошо понимающего законы красоты и владеющего всеми доступными по тому времени Приемами письма.

    К середине XVI и ближе к XVII веку декоративное начало начинает преобладать в древнерусской живописи. Ростовскую икону середины XVI века «Леонтий Ростовский» можно считать одной из вершин живописи подобного характера.

    Совершенно плоской смотрится фигура Леонтия, изображенная строго фронтально с симметрично приподнятыми руками. Лик его сосредоточен и сумрачен. И в противовес этому, как драгоценная мозаика, сверкает многоцветьем одеяние Леонтия. Светло-зеленая фелонь покрыта бесчисленным множеством серебристых крестов, заключенных в круги; епитрахиль, палица и оклад Евангелия унизаны драгоценными камнями и жемчугом, орнаментированы зеленый плат в руках Леонтия и киноварный платок у пояса.

    И даже надпись вверху нанесена причудливой декоративной вязью, напоминающей орнамент.

    Письмо иконы могло бы показаться дробным и пестрым, если бы не два больших локальных цветных пятна: темно-зеленый позем и белый крестчатый омофор. Эти два пятна «держат» всю цветовую гамму, объединяют краски воедино, придавая фигуре Леонтия удивительную цельность и даже монументальность.

    Далее: Собрание древнерусской живописи. Пятый зал
    В начало



    Как вылечить псориаз, витилиго, нейродермит, экзему, остановить выпадение волос